На следующий вечер Йестин повез Хав в кино в Рил и убеждал себя в том, что Хав – хорошая девушка. В школе она была самой красивой из всех его одноклассниц. С такой, как Хав, всякий захотел бы встречаться. Она отказывалась брать в рот, говорила, что это отвратительно, но Йестин был уверен, что над этим можно будет поработать. У него не было никакой необходимости опять соваться в Тауэлван, и вот пройдет несколько дней, он сумеет переварить невероятность случившегося и переосмыслить то, что произошло между ним и Марго, и все это превратится в классную байку для паба: аристократическая телочка, живущая в особняке, совсем поехала крышняком, ну и пришлось о ней как следует позаботиться. Ничего плохого он пока не сделал
– Я слышал, ты тут заглядывал к Марго в мое отсутствие?
Йестин вздрогнул, но, обернувшись, увидел, что Дэвид Йейтс улыбается ему с тем же благоговейным восторгом, какой был на лице его жены в то первое утро в лесу.
– Не знаю, о чем вы, мистер, – произнес он, откашлявшись.
Стоял октябрь. По случаю вечера пятницы «Перья» были забиты под завязку и играла песня Ивонн Эллиман, которую Йестин особенно любил. Настроение у него весь вечер было отличное, на душе давно не было так легко. В последний раз, когда он зашел в Тауэлван, Марго сообщила, что творческая резиденция ее мужа завершилась, и, хотя она просила Йестина не пропадать и иногда к ним заглядывать, он с тех пор там не бывал и чувствовал себя почти безгрешным.
– Выпьешь пинту? – предложил тот самый муж, который теперь был реальностью и протискивался к бару рядом с Йестином. – Я угощаю.
– Нет, спасибо. – Он посмотрел через плечо Дэвида на входную дверь. – Я вообще уже собирался уходить.
– Тогда почему же ты у бара? – Дэвид поймал взгляд Рэя Моргана по ту сторону стойки и поднял вверх два пальца. – Две пинты Wrexham, пожалуйста.
Йестин дернул плечом.
– Я тут с ребятами.
– Это ничего. Я тебя надолго не задержу. Просто хотел попросить тебя о небольшом одолжении, вот и все. Подумал, может, тебе будет интересно заработать немного наличных.
Изящная рука опустилась Йестину на плечо, и он услышал, как два больших перстня с бирюзой стукнулись друг о друга. Йестин весь сжался.
– Не беспокойся, мой дорогой, ничего ужасного. Нас интересуют всего-то твои навыки собирателя. Мы на следующие выходные запланировали небольшую вечеринку. Ты, конечно, приглашен. Может, мне все же удастся тебя уговорить выйти на минутку и поговорить на улице?
Прочитав письмо Олуэн, Йестин первым делом подумал: как можно было быть таким идиотом?! «Я на всю жизнь запомнила тот вечер в "Глан Ллине", когда вы рассказывали нам о полицейском, который пытался завербовать вас в качестве своего осведомителя». Ясное дело, он понятия не имел, о каком вечере она говорит. Он наверняка тогда ужрался в стельку. Он вообще не помнил, чтобы встречал когда-нибудь эту девицу, не говоря о том, чтобы с ней разговаривать и уж тем более разговаривать с ней об
– Пытался, – произнес он вслух.
«О полицейском, который
То есть дочь Марго Йейтс купила Ти Гвидр. Видимо, неплохо у нее идут дела, если так. Йестин подумал о Гете. Вот черт, ему-то каково это будет, бедняге, если его бывшая туда заселится. Бросившись к входной двери, он не стал заморачиваться с обувью. Он знал, что под сиденьем «Ленд-Ровера» есть бутылка The Famous Grouse, и побежал туда через двор прямо в носках. Всего-то надо – разочек глотнуть, чтобы немного прийти в себя и попытаться сообразить, что теперь со всем этим делать.
