– Я ему расскажу, – хихикнула Бела.
Он вдруг закрыл ей рот ладонью:
– Тсс.
Снизу донесся какой-то звук, там кто-то ходил. Кишан Сингх встревоженно сел.
– Они сегодня улетают в Рангун. Все поднимутся ни свет ни заря. Ты должна уйти.
– Ну еще чуть-чуть, – взмолилась Бела. – Еще совсем ночь.
– Нет.
Он помог ей встать и подтолкнул к двери. У самого выхода задержал на мгновение:
– Постой. – Взяв за подбородок, он поцеловал ее, стремительно, но прямо в губы.
Когда Нил разбудил ее, Манджу не поверила, что уже пора.
– Ну еще немножко, – хныкнула она. – Еще минуточку.
Он прижался подбородком к ее щеке, щекоча бородой.
– Манджу, самолет в четыре утра, у нас нет времени…
Было совсем темно, но предотъездный хаос уже набрал обороты. Ключи найдены и потеряны, чемоданы перетянуты ремнями и застегнуты, двери и окна заперты, открыты и заперты еще раз. Поданы последние чашки чая, и наконец, когда все соседи еще крепко спали, багаж загружен в машину. Семья выстроилась во дворе, размахивая руками на прощанье – Ума, Бела, Арджун, родители. Кишан Сингх наблюдал сверху. Манджу немножко поплакала, но для долгих прощаний не оставалось времени. Нил впрыгнул в машину и захлопнул дверцу.
– Мы приедем на следующий год…
В такую рань дороги были пусты, они всего за полчаса доехали до воздушной базы Виллингдон на берегу реки Хугли. Долли, Раджкумар и Дину прибыли через несколько минут. Ровно в четыре их проводили к причалу, где дожидался длинный серый моторный катер. Двигатель взревел, и они понеслись вверх по реке, и палуба отклонилась назад под сильным углом. Было темно, и все, что могла различить Манджу, – мутный круг воды, освещенный мощным прожектором катера.
Катер замедлил ход, рев двигателя сменился мягким воем. Нос лодки принял нормальное положение, и луч прожектора заскользил по поверхности воды. Вдруг из черноты возникли два огромных белых понтона, а потом луч прожектора поднялся выше, высветив самолет, который должен был доставить их в Рангун. Самолет был огромным – летающая лодка весом в восемнадцать с половиной тонн. На хвосте логотип компании, на носу большими буквами написано название: “Кентавр”.
– Это гидроплан “Мартин С-130”[124], – прошептал Нил на ухо Манджу. – “Пан Ам” их использует на Тихом океане.
– Как самолет Хамфри Богарта в “Китайском клипере”?
– Да, – улыбнулся он. – И как в “Полете в Рио” тоже – помнишь, с Фредом Астером и Джинджер Роджерс?
Только когда Манджу шагнула внутрь через люк, истинный размер самолета стал очевиден. Здесь было просторно, как в кают-компании корабля – кают-компании с глубокими мягкими креслами и латунными светильниками. Манджу прижалась носом к иллюминатору и смотрела, как приходят в движение пропеллеры. Бурая вода забурлила, вскипела белой пеной, затем вибрирующая махина сдвинулась с места, и след носовой волны понесся веером к невидимому берегу, раскачивая маленькие островки водяных гиацинтов, плывущих вниз по течению. Журчащие, чавкающие звуки донеслись от понтонов, когда самолет, набрав скорость, попытался оторваться от воды. Внезапно “Кентавр” рванулся вперед, словно подхваченный порывом ветра. Манджу смотрела, как удаляются взбаламученные потоками воздуха воды Хугли, по мере того как самолет медленно поднимается над крутыми берегами реки. Вскоре пропали и огни города, осталась лишь тьма внизу, они летели над мангровыми болотами Сундарбана, держа курс на Бенгальский залив.
Вскоре после взлета стюард устроил для Манджу и Нила экскурсию по воздушному судну. Они прошли в рубку, где за совершенно одинаковыми приборными панелями сидели капитан и второй пилот. Второй пилот объяснил, что рейс Калькутта – Рангун – это всего лишь один этап двухнедельного путешествия длиной в одиннадцать тысяч миль, которое “Кентавр” совершает из Саутгемптона до Сиднея и обратно.
За рубкой располагались каюты основной палубы. Там находилась зона для стюардов, каюты средней части, каюта для курения и прогулочная палуба – зона, где не было кресел, чтобы пассажиры могли размять ноги во время полета. Но от чего у Манджу восторженно перехватило дыхание, так это от остроумно устроенных кухни и кладовой. На пространстве размером не больше обычного шкафа каким-то чудом нашлось место для роскошеств первоклассного ресторана – посуда, скатерти, столовое серебро и даже свежие цветы.
С приближением рассвета стюард посоветовал Манджу и Нилу пройти на прогулочную палубу полюбоваться восходом солнца. Они шагнули через арочный проем как раз вовремя, чтобы увидеть, как темные просторы Сундарбана сменяются металлическим блеском Бенгальского залива. Вдали на горизонте появилась цветная полоска, будто свет просачивался в дверную щель. Темное небо быстро окрасилось в лиловый, а потом в мерцающий полупрозрачный зеленый, с прожилками алого и желтого.