Сообщая новость, Раджкумар внимательно наблюдал за выражением лица сына. И всем сердцем обрадовался, увидев, как просияли его глаза, – он знал, что Нил рад не просто заключению долгожданной сделки, но и тому, что она подтверждала его почти детскую веру в отца. Глядя в сияющие глаза сына, Раджкумар почувствовал, как садится голос. Он притянул Нила к себе и крепко, изо всех сил, обнял, так что у того дыхание перехватило, сын даже охнул от неожиданности. Между ними всегда существовала особая связь, особая близость. Не было в мире других глаз, которые смотрели бы на Раджкумара без сомнений, опасений, без осуждения, без всякой критики, – ни Долли, ни Сая Джон, ни тем более Дину никогда не смотрели так. И не было в этом триумфе ничего слаще, чем оправдание доверия его мальчика.
– А теперь, Нил, – Раджкумар любовно ткнул сына кулаком в плечо, – теперь предстоит много дел. Тебе придется работать как никогда.
– Отец, – кивнул Нил.
Прикидывая, что необходимо будет организовать, Раджкумар быстро вернулся мыслями к насущным вопросам.
– Итак, – начал он, осторожно спускаясь по лестнице, – давай подумаем, что нужно сделать и сколько у нас времени.
Раджкумар распродал все имущество, кроме тикового склада на ручье Пазундаун. Устье ручья лежало на слиянии рек Рангун и Пегу, и это обеспечивало быстрый доступ к речному порту. Многие из городских лесопилок, складов, нефтяных резервуаров и рисовых мельниц были сосредоточены по берегам этой водной артерии. Сам склад представлял собой просто открытое пространство, заваленное древесиной и всегда окутанное туманом опилок. Двор был окружен высокой стеной, а в центре стояла маленькая хижина на сваях – сооружение, которое смутно напоминало таи в лесных дебрях, разве что меньших масштабов. Хижина служила кабинетом Раджкумару.
Прохаживаясь по двору, Раджкумар не мог не поздравить себя с дальновидным решением собрать все запасы в одном месте, – он знал, что заказ, когда тот появится, нужно будет выполнять быстро, и события доказали его правоту. Но все равно работа предстоит не из легких. Раджкумар понимал, что ему потребуются большие команды у-си и слонов, кули и грузовики. Его собственные слоны давным-давно проданы, и, за исключением пары сторожей, все постоянные работники уволены. Он привык управляться сам, лишь с помощью наемных подручных.
Работы предстояло много, и люди не помешали бы. Раджкумар видел, что Нил старается изо всех сил, но он был городским мальчиком, неопытным в лесном деле. И не вина Нила в этом – это он сам, Раджкумар, виноват, что никогда не поощрял стремление сына участвовать в семейном бизнесе.
– Не хочу работать с незнакомыми людьми, – признался Раджкумар Нилу. – Я бы предпочел До Сая. Он точно знает, что делать. Но как нам связаться с ним в Хуай Зеди?
– Можем через Реймонда.
Старый друг Нила, сын До Сая. Сейчас он учился в рангунском Джадсон-колледже.
Раджкумар поразмыслил и одобрительно кивнул:
– Да, Реймонд сумеет известить его. Сегодня вечером надо будет обязательно его найти.
Когда Раджкумар с Нилом вернулись в Киминдайн, победное сияние все еще озаряло их лица. Долли сразу догадалась – что-то случилось.
– Что такое? Выкладывайте.
Раджкумар с Нилом заговорили одновременно, да так громко, что Манджу мигом слетела вниз с малышкой на руках:
– И мне расскажите, с самого начала…
Впервые за много недель атмосфера в доме прояснилась. Ни от Арджуна, ни от Дину по-прежнему не было вестей, но сейчас как раз тот случай, когда можно было позволить себе позабыть о тревогах войны. Даже Долли, до сих пор скептически настроенная, наконец поверила, что планы Раджкумара вот-вот окупятся, а Манджу так вообще была вне себя от радости. Всей семьей они набились в “паккард”, Манджу взяла ребенка на руки, Нил сел за руль. Веселясь, как дети, они поехали в Джадсон-колледж на поиски Реймонда.
Близилось Рождество, центр Рангуна готовился к празднику. Здесь находились большие универмаги, роскошные рестораны, клубы, бары и отели. И здесь же – в пределах нескольких кварталов стрельчатых кирпичных зданий – располагалась большая часть городских церквей, школ и прочих миссионерских институций. В декабре этот квартал становился одной из главных городских достопримечательностей. Люди стекались сюда из других районов – Киминдайна, Кокина, Ботатауна, Калаа Басти, – чтобы просто пройтись по улицам и полюбоваться рождественским убранством.