Саше не оставалось ничего другого, кроме как поддаться ей. Поразительно, насколько ловко даже с учётом своей комплекции Настасья управлялась с кучей людей на улицах -- изящно маневрируя то в одну, то в другую сторону, девчушка умудрялась пронырнуть в таких местах, где её знакомый с Севера даже не подумал бы пролезть. Саше в этом вопросе приходилось куда сложней: помимо более крупного телосложения, с непривычки северянин то и дело вылетал на "встречку", терялся, путался в толпе. Изо всех сил стараясь не потерять из виду свою компанию, Александру приходилось в буквальном смысле идти по головам -- один или два раза Саша даже случайно прошёлся прямо по каскам спешно латавших плитку тротуара рабочих, попытался быстро извиниться, но взамен услышал лишь громкие выкрики на польском, заставившие его поскорее удрать от тех опасных ребят.
На счастье северянина, вскоре Настасья всё-таки поняла, насколько тому тяжело быстро двигаться, и вывела Сашу на заметно менее оживлённый широкий, ещё мокрый от весенних осадков, ограждённый от проезжей части барьером безопасности тротуар магистрального шоссе. Практически совпавшая с "северной" улицей Чернышевского "южная" 113 Street, как прочитал он на первой попавшейся табличке, чем-то напоминала оживлённую муравьиную тропу -- шесть идеально гладких, ровных, прямых как стрела полос, по которым словно гигантские насекомые с огромной скоростью, сверкая ярким светом габаритных огней, в обе стороны неслись автомобили. Что больше удивляло человека из-за Стены, так это то, что среди них почти не было машин российского производства: китайские, узбекские, в меньшей степени японские, корейские, иногда старые немецкие и американские модели практически вытеснили здесь неказистые "тазики" и "волги", захватившие разбитые дороги погрязшего в пробках Северного Саратова. Возможно, поэтому максимальная скорость здесь была выше: ограничительные знаки "80" у края шоссе подтверждали это Сашино наблюдение. Несмотря на это, люди вокруг ничуть не боялись близости дороги: проходя возле самого барьера, никто в испуге не отпрыгивал, когда совсем рядом с ними на полной скорости проносилась какие-нибудь "Лётло" или "Фанронг", неплохо внушая сим фактом: здесь безопасно.
Яркие огни большого города, уютная малоэтажная застройка, лица проходящих мимо людей, их очевидная уверенность в себе, приличная одежда и широкие улыбки всё больше развеивали предубеждение, сложившееся о Южном Саратове в Северном. Дома у Саши его родным и друзьям непрестанно твердили -- за пределами пары приграничных кварталов за Стеной царят настоящие нищета и разруха. Все эти "потёмкинские" деревни возле границы с Колонией призваны переманить их на ту сторону, обмануть их незрелые умы, чтобы там их использовали в качестве дешёвой рабочей силы "проамериканские власти оккупированной страны". Хотя Саша по-прежнему не верил до конца, что такую благопристойную внешность имел весь или хотя бы большая часть Южного Саратова, а не только отдельные улицы, одна лишь их впечатляющая взор чистота и ухоженность, равно как и отсутствие хоть каких-то следов того, что город приграничный, в виде военных или огромного числа полицейских на улицах, неплохо подкупали глаза и слух. Отправляясь сюда, предупреждение его бывшей пассии дало Александру основание подумать, что проверки документов здесь обычное дело, но лицезрея совершенно обратное, у него попросту не укладывалось в голове: неужели они тут ничего не боятся? Неужели их жизнь столь беззаботна?
Спеша за беззаботной, вприпрыжку летящей вперёд Настасьей, Саша просто не знал, что и спросить: количество вопросов росло, как на дрожжах, чего не скажешь об ответах на них. Однако осмысленных среди них были единицы и потому он просто ляпнул:
-- А долго ещё идти?
-- Уже -- вон, смотри -- заявила в ответ Настасья и показала рукой вперёд.
Подняв голову, Саша понял, о чём она говорит: относительно высокое, высотой в пять этажей, здание из стекла и металлоконструкций в форме цилиндра было сложно не заметить. Расположившееся на пересечении 113-ой ещё с двумя пешеходными улицами, оно было до ужаса похоже на какой-нибудь из торговых центров, возникших в Саратове в начале десятых и исчезших из города после войны. И правда -- на втором и третьем этажах небоскрёба по меркам Юга северянин отчётливо замечал пару новеньких, престижных, очевидно, немецких машин, уже ждущих своего первого владельца. Однако больше всего взгляд приковывали крупные, подсвеченные красивым сине-голубым светом, угловатые с закруглёнными краями буквы на крыше:
"AZOV Imperial"
С белой подписью внизу:
"Affability since 2033"
-- Вежливы с 33-го... -- пробубнил Саша себе под нос.
Дойдя до края разделительного барьера, Настасья вновь ухватила было Сашу за руку, но увидев впереди отсутствие светофора или хоть какого-то знака перехода, тот с перепугу вдарил по тормозам:
-- Стой!!!
Южанка недоумевающе обернулась.
-- Ты чего?
-- Ты куда полетела? -- ошалело заорал он, -- Тут же даже зебры нет!
