Четыре следующих дня ушли на тренировки. Ирга стала весьма сносно стрелять из арбалета. Полынь уже не роняла из руки кинжал во время сильных ударов. Я впервые провёл бой с Брамином на равных в пешем строю. Правда, он берёг руку и не тренировался перед нашим боем несколько дней. Накануне мы объехали все оружейные лавки в городе. Купили Броню для Торгаша, Тощего и Ирги, кинжалы по руке Полыни и не самую лучшую саблю для меня. Из одежды тоже пришлось кое-что докупить. Покупки дополнили сотня арбалетных болтов и прочая амуниция. Мы не экономили.
На пятый день, рано утром, к нам пришёл Коготь с длинным свёртком в руке. Он был зол и выглядел неважно. Моё предложение говорить за общим столом ему не понравилось. А это не понравилось уже мне. Похоже, оборотней крепко прижали. Буран весь наш разговор не выпускал Когтя из вида, а потом демонстративно уселся у него за спиной. Получив приглашение поведать о причинах, приведших его в наш скромный дом, наш гость вздохнул и стал рассказывать:
— Не то что бы все оборотни были одной большой семьёй, а всё же мы стараемся держаться вместе, мало нас слишком, а было ещё меньше. Последние лет сто мы с людьми в арнитийском герцогстве живём в мире. Законы о казни любого пойманного оборотня никто не отменял, да применяют их всё реже. За тридцать лет в городе сожгли троих, из них оборотнем был только один, самый первый, как раз тридцать лет назад. Узнать нас в человеческом обличии могут только колдуны, да мы им всегда были без надобности. А тут завёлся один, не местный, приехал откуда-то, что б ему шерстью внутрь обернуться! В первый же день заметил нашего и стал молниями бросаться!
— Ты уверен, что молниями? — перебила Полынь.
— Сам я там не был, говорят, что с неба падали и на земле пятно как после долгого костра оставляли.
— Он очень силён, Хан, я бы с таким не справилась, — посмотрела на меня Полынь.
Помолчав, Коготь продолжил: — Мы попросили магов о помощи, они с пришлым поговорили. Он сначала упирался, даже хотел к герцогу идти. Уговорили его, пообещал он живущих в городе не трогать. А за городом, пойди, поймай оборотня! Да и с людьми, кто там живёт, у нас свой договор. Мы их не трогаем, можем и помочь, если в лесу беда какая приключилась. Ребёнка заблудившегося, скажем, к людям вывести. Оборотни людей не едят. Охотились прежде для забавы, это было, пока на нас герцоги облавы не начали делать и убивать десятками. Пришлось нам научиться с людьми в мире жить. Поэтому не стал колдуну никто за городом помогать. Тогда он, похоже, заморских капитанов стал подбивать оборотней ему привозить. И привезли ведь! Тут, конечно, накладка вышла, уехал колдун из города по делам, вчера только вернулся, вот оборотень с корабля сбежать и успел. Колечко, про которое капитан говорил, мы нашли. На отрубленном тобой, Хан, пальце оказалось. Вот оно.
Коготь достал из кошелька тонкое кольцо и положил на стол. Полынь несколько раз провела над ним руками, аккуратно взяла и подержав положила на стол.
— Не по моим силам, — покачала она головой.
— Жаль, — Коготь положил кольцо в кошелёк, — в общем, этот колдун нам поперёк горла встал. Маги сами трогать его не хотят, но и плакать по нему не будут. Хотим мы вам контракт на него предложить. Заплатим не скупясь.
Все ждали моего слова, а я молчал. Молчал и думал, как бы отказать, не разрушая наших отношений с оборотнями. Коготь должно быть всё понял и начал разворачивать свёрток.
— Не доставай саблю, Коготь, мой ответ — нет.
— Догадался, — протянул оборотень.
— Так коня, лучше моего Ветра, тут не найти. Чем ещё ты мог меня привлечь. О том, что я ищу саблю, знали слишком многие.
— Этому оружию...
— Мой ответ — нет.
— Тысяча золотых.
— Нет.
— Коготь, — неожиданно спросила Полынь, — зачем ему оборотни?
— Если по кольцу судить, изучает он нас. Если же по всему остальному, извести он нас хочет. Для того и изучает. Почему? Да не всё ли равно, своя обида у него есть на нас или он за всех людей радеет, но погибель он для оборотней точно готовит.
— Не по силам он нам, Коготь, — наконец признался я, и Полынь усиленно закивала, — не справимся. Не хочу больше своих терять.
— Две тысячи, — сказал оборотень, обводя моих людей взглядом.
— Видишь ли, — ответил за всех Брамин, — каждый из нас может высказаться. Вот только Хан нас бывало сам в такие передряги втягивал, казалось живыми не уйдём. Раз уж он теперь сказал «нет», значит так и будет. Да и волшебница наша, та ещё оторва, тоже вон головой трясёт, первый раз с тех пор, как к нам попала. Мы с Торгашём против, Таит так же думает. Молодые, вы как?
Лекарь, Тощий и Ирга молча покачали головами.
— Вот так, — продолжил Брамин, — осталось Бурана спросить.
Буран встал, подошёл к Таит, приподнявшись, опёрся передними лапами на край стола и зарычал на оборотня. Не грозно, а исключительно для порядка.
— Всё, Коготь, слово сказано, — я встал из за стола, за мной поднялись остальные.
— И саблю забери, — сказал я в спину уходящему гостю, — Этот трюк я знаю.
