— У Бурана сломано два ребра. Я его перевязал, подлил в суп обезболивающее. Нос у него уже чуть тёплый, ему легче. Брамину надо просто полежать ещё дней пять. Ещё я принёс новую заживляющую мазь для открытых ран, сегодня на ночь всех намажу. Тебя, кстати, тоже. Утром должно стать полегче.
— С этим ясно. Полынь! Что скажешь?
— До сих пор не верю, что мы справились. И что я смогла разбить его заклятие холода. Он вложил в него много силы и ослабел. Да и не ожидал он такого отпора. Думаю, сначала он не хотел вас убивать, Хан. Первое заклятье лишь сковало бы всех. Он забрал бы меня и ушёл.
— А потом мы бы отправились за тобой и боя было всё равно не избежать.
— Вы все пошли бы за мной?
— Я бы пошёл! — тут же заявил Тощий.
— Конечно пошли бы, — просто сказал Торгаш, — За тобой или за кем другим.
— Сколько в нашем доме продержится след его волшебства? — задал я наконец мучивший меня вопрос.
— Ещё три-четыре дня, — не задумываясь ответила Полынь, — Но завтра уже будет не разобрать, насколько сильным оно было. Избавимся от повозки, скажу, что он меня обучал.
— От повозки избавимся сегодня под вечер. Тощий наденет плащ и сапоги Холода, скроет лицо под капюшоном. Стража подтвердит, что он уехал сам. Погостил у нас два дня и отправился по своим делам. С этим всё. Полынь! Ты сегодня посидишь с Брамином и Бураном. Надо дать Таит поспать.
— Я могу посидеть! — тут же вызвался Тощий.
— Ты с Торгашём и Иргой занимаешься повозкой колдуна. И ещё: Тощий, если я приказываю лёжа, это не значит что со мной уже можно спорить. Полынь, ты всё услышала?
— Конечно, Хан.
— Таит, ложись прямо сейчас. Волшебница присмотрит, Лекарь дома, всё будет хорошо.
— Благодарю, Хан. Только закончу с ужином.
— Ирга, поможешь ей.
Ирга молча кивнула.
— Тогда всё. На будущее: столкновений с магами будем избегать. Сами всё видели. Холод, похоже, нас совсем в расчёт не брал. В чужом доме напал на всех сразу, не поверил что Полынь с ним в бой вступит. Это он ошибок наделал, а не мы его победили. За наше спасение Бурана надо благодарить.
— Хан! — неожиданно сказал Тощий, — Это ведь ты мне приказал заряженный арбалет под столом держать и первый нож бросил! А кто Бурана за спиной Холода положил? Я видел! Ты знал?
— Думал, что такое возможно, — остановил я его, — Чуть не забыл, Ирга, что это за нож с зелёным лезвием?
— Не знаю, Хан, — потупилась Ирга, — Я его, ещё когда на Рыбу работала, на рынке, — тут она взглянула на меня и продолжила, — скажем так, подобрала.
— Я его посмотрела, — кивнула Полынь, — на нём было заклятье, которое один раз всего действует. Мне оно не известно.
— Надо выяснить, кто из городских магов так колдовать может, — встрепенулся Торгаш, — сколько бы не стоило.
— Договорились, помните только, что нож показывать нельзя: хозяин у него может найтись, и спросить могут, как заклятие с него сошло, — я откинулся на подушки, — всё, закончили. Полынь, останься на пару слов.
— Сядь поближе, — сказал я, когда все вышли, — не хочу говорить громко.
Полынь присела на краешек моей кровати.
— Ничего не говори, Хан, я всё поняла, — слишком быстро ответила волшебница, — Я сама должна была предложить Таит помощь.
— Ещё, ты согласилась не сразу. Думала, подойдёт ли такая работа для твоих белых ручек, а запахи для твоего изысканного носика?
— Мне очень стыдно, поверь, — на ресницах Полыни заблестели слёзы.
— И прямо сейчас пыталась соврать мне.
— Прости, Хан. Не умею жить как вы! Но я учусь. Не хочу как Холод. Он и меня заморозил. Хан!
— Не надо плакать. Учись. В бою у тебя уже получается не думать только о себе.
— Благодарю, Хан.
— Скажи, — я попытался немного отвлечь её, — так теперь замок Холода остался без хозяина?
— Да какой там замок, скорее большая башня. Когда он уезжал, то выгонял оттуда всех. Даже меня брал с собой. Так что стоит она никем не тронутая. Вот только там слишком много ловушек. Не пройдём.
— Хан! — Ирга чуть-чуть приоткрыла дверь, — Таит спрашивает, скоро ли она сможет заняться ужином?
За её спиной угадывалась тень Тощего.
— Да идёт Полынь уже! — громко сказал я и совсем тихо добавил, — Спорим, они просто пытаются вырвать тебя из моих жестоких рук?
Полынь шмыгнула носом, улыбнулась, вскочила с кровати и поклонилась мне.
— Иди уже, — меня опять потянуло в сон.
Через пять дней мы все сидели в трапезной и слушали рассказ Лекаря, только что вернувшегося из университета.
— Хан, это чудо! Очередь желающих увидеть их не уменьшается! Величайшее изобретение, с которым может сравниться только создание колеса или паруса! Оно нужно везде, в медицине, металлургии, приготовлении еды, да мало ли!
— А чем тебе не нравятся песочные или водяные часы? — преувеличенно серьёзно спросил Торгаш.
— Эти приборы отмеряют промежутки времени, а настенные часы контролируют сам его ход! — выдал явно не свою мысль Лекарь.
— Надо же, «на-стенные», — фыркнула Ирга, — так скоро и на-тельные появятся!
— От появления башенных до настенных прошло четыреста лет! — назидательно отозвался Лекарь, — Хан, давай себе такие купим!
— Кгх, — подавился я, — да сколько они стоят?
