Договорились встретиться, и она от всей души надеялась, что он понял, где и когда. Скорее всего понял, потому что она предложила ему тысячу крон за откровенную беседу.
Он принес на встречу свой журнал. Вот, смотрите: клиент сел на улице Йосты Экмана и вышел на углу Мэстер Самуельссон и Реерингсгатан. Поездка заняла восемнадцать минут.
Адрес ничего ей не говорил. Деловой центр города. Тысячи контор, но жилых зданий почти нет. И совсем плохо: номер без абонемента. Пополняемая симка. Она даже попробовала позвонить – телефон отключен.
Эмили еще раз просмотрела тоненькую пачку документов – кто же владелец Халленбру Стургорден? Она все запомнила верно: усадьбой владеет адвокатская фирма
Повеяло знакомым ветерком. Флэшбэк: адвокатское бюро «Лейон», где они помогали клиентам конструировать похожие схемы.
Пошла по другому пути: стала проверять компании, которые успел назвать Матс до того, как их обстреляли в Осло. Компании, связанные с человеком, пригласившим его читать лекцию в усадьбе. Десять лет назад.
Она заказала информацию в Министерстве финансов. Звонила бывшим коллегам в адвокатских бюро всего мира. Попыталась вычертить организационную схему на компьютере – кружки, прямоугольники и квадратики. Соединила стрелками – получилось что-то вроде схемы нью-йоркского метро. Имена сидящих в нескольких советах директоров – как правило, юристы, так называемые вратари, работающие на истинных хозяев компании. Адреса, даты регистрации.
Работала сутки напролет. Ребенок вертелся и толкался. Пила кофе, больше чем наполовину разбавленный молоком, и заедала лакрицей.
Постель в гостиничном номере завалена бумагами.
Опять пила кофе, звонила в Гонконг, на Мальту, в Панаму. Выдумывала поводы. Представлялась сотрудницей «Лейона», прекрасно знающей тонкости финансовых схем. Иногда ей отвечали с коллегиальной откровенностью, иногда нет – «секретные данные». Заплатила довольно дорого за право войти в сеть, публикующую информационные утечки. Там она нашла названия многих из интересующих ее компаний, попадались даже кое-какие имена.
Постепенно картина прояснялась. Становилась заметна тенденция – очень близкая к финансовому криминалу, но тут нечему удивляться.
Многие компании основаны в Швеции. А название фирмы, которая помогала им закрепиться в самых разных уголках мира, было ей прекрасно знакомо.
Адвокатское бюро «Лейон».
Сюрприз? Она не особенно удивилась.
Параллельно: Луке работает с трояном, который Тедди успел-таки вставить в полицейский компьютер.
– Обязательно что-то найду, крохотка, – заверил Луке. – Дай мне немного времени, и найду. Я все нахожу. Это мне надо было дать имя Найдан. Мне, а не Тедди. И даже не Найдан, а Найдун.
И самое главное: жизненно важно найти способ вытащить Тедди из изолятора. Может, опять привлечь Деяна, помочь ему сварганить какие-то показания? Ничего не выйдет. Деян уже замешан в этой истории. Именно его схватили на Слюссене, когда Тедди должен был встретиться с Ниной Лей.
До суда как минимум несколько месяцев – а Тедди ей нужен сейчас.
Кто еще по-настоящему предан Тедди? Никола? Насколько она знала, Никола исчез из жизни Тедди. Они не общаются. Поссорились?
Кто еще? Звонила Луке, Шипу – друзьям по отсидке.
Оба одного и того же мнения.
– Освободить из изолятора невозможно. Единственный случай за последние годы – один парень вышел на прогулочную площадку на крыше, а его оттуда снял вертолет. Глава какой-то группировки, братья даже называли его «новый Кум». Но это, извини, – высший пилотаж. Мы так высоко не летаем.
Больше ничего не приходило в голову. Был, правда, единственный человек, кто мог бы как-то помочь, но Тедди, скорее всего, его ненавидел. А тот отвечал ему взаимностью.
Кум присел на стул для посетителей. Физиономия скептическая.
– Вам надо обзавестись нормальной мебелью, – он широким жестом показал на обстановку ее кабинета: дешевый письменный стол и стулья из «ИКЕА». – Клиентам нравится тяжелая, солидная мебель. Стабильность и компетентность.
Верхняя часть лица у Кума была совершенно неподвижна, даже когда он говорил. Как будто принадлежала другому человеку. Йоссан наверняка присвоила бы ему титул «ботексная каракатица»
Она нашла его неожиданно легко в «Эниро»: адрес на Лидингё, стационарный домашний телефон.
Кум ответил очень приветливо и согласился прийти.
– Я адвокат, так что вся эта история для меня далеко не однозначна.
Кум провел рукой по стоящему на столе шкафчику с папками.
– Это тоже из ИКЕА?
Провоцирует он ее, что ли?
– У меня в подвале стоит отличная детская кроватка, – неожиданно сказал Кум. – Хотите?
Эмили кивнула – главным образом, чтобы закончить с мебелью и перейти к делу.
– Но прежде чем привезти ее вам, я хочу знать, чьего ребенка вы носите.
