– Господи, хватит! Как же вы мне уже надоели своей бессмысленной многолетней войной! – Томас подошел вплотную к отцу. Парень на самом деле был на грани нервного срыва, его голос дрожал, а лицо побагровело. – Мы с Люси любим друг друга! Конечно, мы никому ничего не говорили. Пытались встречаться тайно, чтобы не дай бог вы ничего не узнали. Хотя вот теперь мы здесь. Мы с Люси познакомились в школьной поездке. Мне тогда было двенадцать, а ей десять. И я говорил, что не буду дружить с малявкой. Помните, какой скандал вы закатили? Только из-за того, что мы оказались на одной фотографии! С тех пор мы уезжали на все лето из Саффолк Грина и учились не то что в разных школах, в разных графствах. Это же полнейший идиотизм! Мисс Картленд, вы ведь тоже так считаете? Да любой нормальный человек так считает! И да, платок подарила мне Люси. Сказала, что он унисекс, я носил его на запястье. Набрызгала своими любимыми духами, чтобы ее частичка всегда была со мной. Но запах выветрился за пару недель. Я сначала не хотел его носить, но не мог обидеть Люси. А потом привык. В библиотеку я почти не заходил, понятия не имел, что там так пыльно. Уже внутри осознал, что мне становится фигово. Пришлось завязать нос и рот платком, чтобы перебить запах пыли остатками парфюма. Когда я разбил окно, платок зацепился за осколки. Вот он. – Томас достал из кармана джинсов порванный платок. В том, что это именно он, не было никаких сомнений.
– Мне больше нечего сказать тебе, пап. И вам, мистер Эвертон, тоже. И я готов понести любое наказание.
– Нет-нет-нет. Здесь какая-то ошибка! Ты не мог! Ты… – мистер Беверли ослабил узел галстука и сел на краешек дивана. – Томас не мог украсть рукопись. А эта Люси просто околдовала его. Наложила какой-нибудь приворот. Да. Так все и было.
– Генри, ты совсем спятил? Какой еще, к черту, приворот? Хочешь, чтобы я намылил тебе шею? Это я мигом! – Флинн Эвертон начал закатывать рукава рубашки, но стоявший рядом инспектор Нэш остановил его:
– Успокойтесь, мистер Эвертон. Ваши дети уже достаточно взрослые, чтобы самостоятельно принимать решения. А вот верные они или нет – это уже другой вопрос. У меня для вас есть одна новость хорошая и одна плохая. С какой начать? – инспектор Нэш удивил Лору этим вопросом. Все же он был хорошим психологом, который мог быстро успокоить человека.
– С плохой, – ответил Генри Беверли.
– С хорошей, – в ту же секунду ответил Флинн Эвертон.
– Ха! Давайте с хорошей. В этом я согласна с Флинном. Мне нужно услышать что-то хорошее, иначе я сойду с ума, – поставила точку в споре Кассандра.
Инспектор Нэш прокашлялся:
– Хорошая новость заключается в том, что в случае, если вы докажете родство с Остером, присяжные могут проявить снисхождение. Не думаю, что у вас возникнут проблемы с хорошим адвокатом. Придется раскрыть все мотивы незнакомцам, рассказать им о том, что вы потомок Остера. Но если вам не удастся найти хорошего адвоката, то… Если этого не сделать, то не знаю, сколько лет вам светит. Сколько лет ему светит, инспектор Льюис?
– Ох, от двух до восьми.
– А плохая? – спросил Томас.
– Люси может грозить не только штраф за порчу имущества, но и срок за соучастие.
Томас уже успел успокоиться, и теперь его лицо выглядело неестественно белым.
– Мама? Мам, у нас же была папка, помнишь? В сейфе, со старой семейной Библией? Там есть что-нибудь? – ошарашенная Кассандра провела ладонью по волосам и отправилась в правое крыло через дверь с правой стороны, бросив тихое:
– Да-да. Я сейчас.
– Мы подождем. Сегодня нам торопиться некуда, – ответил инспектор Нэш и расположился в кресле. Напарник последовал его примеру.
– Не хватало моей Люси попасть в тюрьму из-за того, что ты не смог воспитать своего отпрыска! Семейка воров и обманщиков!
Генри не мог не ответить на этот выпад, поднялся с дивана и ткнул Флинна пальцем в грудь.
– Не смей говорить так о моей семье. Я выше драк и раздоров, но если ты меня вынудишь, я с удовольствием начищу тебе морду!
– Ох-ох-ох, надо же, как мы заговорили! Показываешь свое нутро? Людей бы хоть постыдился!
– Мне некого стыдиться и нечего скрывать. Я, в отличие от вашей семейки, никогда ничего не крал! Готов поклясться!
– Боже, когда они уже закончат… – пробубнил Рори, но Лора это услышала и едва подавила смешок. Ей нужно было остановить этот спор. «Не думаю, что только у меня гудит голова от этого шума», – размышляла Лора.
– Прошу прощения, мистер Беверли, мистер Эвертон. Извините, что вмешиваюсь. За что вы друг друга так не любите?
Флинн внезапно разразился смехом, и Лоре стало не по себе.
«Надеюсь, меня не выгонят…»
– Не любим? Да мы ненавидим друг друга! – наконец ответил он.
– Разве я могу как-то иначе относиться к этой семейке, если Сэмюэль Эвертон украл у моего прапрапрапрадеда идею романа?! Если бы не он, Пауль стал бы знаменитым намного раньше! Это его сломило! – Лора испугалась, что и сам Генри вот-вот будет сломлен. Своим вопросом она не то что не успокоила враждующих, но сделала только хуже.
