– Нет, это правда, мастер Пернат. В углу, где он спит на соломенном тюфяке, посреди всякого хлама и впрямь стоит восковая фигура в человеческий рост. Он давно приобрел ее у одного галантерейщика: вроде как из-за того, что она напомнила ему какую-то девушку-христианку, его любовницу…
– Вы не знаете, кто она, Мириам?
– Нет, увы. Но если вам это интересно – могу попробовать узнать.
– Не стоит, право. Что мне до этого! Но меня крайне интересует вопрос, который вы мельком затронули… насчет ветра, что зовется родительской волей. Ваш отец ведь вам не предписывает пока, кого именно лучше взять в мужья?
Мириам захихикала.
– Отец? Вот еще! Как будто других дел у него нет.
– Отрадно слышать. Я счастлив.
– Что в этом такого? – наивно спросила она.
– То, что у меня есть кое-какие шансы. – Это была шутка, причем шутка, понятная ей, но все-таки Мириам вскочила и подошла к окну, чтобы не показать мне, как покраснела.
Я помог ей выйти из этого затруднения:
– Как старый друг, попрошу вас об одном: известите меня, как надумаете выйти замуж. Или вы планируете всю жизнь прожить одна?
– Нет-нет! – Она так энергично запротестовала, что я невольно улыбнулся. – Когда-нибудь я все-таки найду супруга.
– Охотно верю, Мириам! И ни капли не сомневаюсь!
Она рассердилась – горячка юности предстала передо мной во всей красе:
– Мастер Пернат! В таких вопросах не шутят! Будьте серьезнее!
Я послушно принял деловой вид. Мириам вернулась в кресло.
– Итак, говоря о будущем замужестве, я имела в виду, что до сих пор серьезно об этом не думала. Но я прослыла бы совершенно безрассудной и непонятливой, если бы вообще допустила мысль, что, придя на этот свет женщиной, могла бы оставаться бездетной… – Говоря это, девушка буквально преобразилась: ни разу, с тех пор как мы были знакомы, не видел я, чтобы ее черты были столь женственны. – Мне часто представляется, что цель брака в высочайшем смысле – слияние двух разных начал воедино, в некое андрогинное существо. Мастер Пернат, вы знаете о древнеегипетском культе Осириса?
– Да, – ответил я задумчиво. – Магическое соединение мужского и женского истоков и, как итог, появление богочеловека. Таков желаемый послушниками Осириса конец.
– Конец? Я бы сказала, это благословенное начало. Первый шаг на пути, который… о, который продлится
– И вы надеетесь, – спросил я взволнованно, – найти именно такого предназначенного свыше суженого? А вдруг он где-то на другом краю земли? Вдруг вообще еще не родился!
– Этого я знать не могу, – ответила она просто. – Я могу только ждать. Если он отделен от меня временем и пространством… во что сама я не верю – иначе зачем бы я родилась тут, в гетто? – да, если нас с ним разделяет пропасть взаимного неведения и я так и не узнаю его… что ж, значит, вся моя жизнь – бессмысленная, нелепая забава какого-то тугоумного демона-зубоскала. Прошу, довольно об этом. О таких вещах лучше думать про себя. Стоит их облечь в слова – они звучат так глупо. Мне бы не хотелось… – Она вдруг замолчала.
– Чего бы вам не хотелось, Мириам?
Она вскинула руку, прислушиваясь, и тут же быстро вскочила.
– Это к вам, мастер Пернат!
Теперь и я различил легкие, торопливые шаги в коридоре. Нетерпеливый стук в дверь, тревожный шелест шелка – и вот она уже в комнате… Ангелина.
Мириам хотела выйти, но я удержал ее.
– Честь имею представить: дочь моего лучшего друга… очень знатная дама…
– Нет, это просто какой-то кошмар! К вашему дому теперь совершенно невозможно подъехать: перерыли всю мостовую. Когда вы наконец переберетесь в какой-нибудь район поприличнее, мастер Пернат? Неужто вам не надоели эти ужасные еврейские трущобы? В городе настоящая весна: снег почти совсем сошел, журчат ручьи, птички поют, а вы – тут, на каком-то мрачном чердаке, как затворник. Кстати, вчера я была у своего ювелира – и он назвал вас великим художником! Одним из самых талантливых резчиков по камню не только современности, но и всех предшествующих эпох!
Ангелина была неудержима, и я, очарованный мелодичным звуком ее голоса, ничего вокруг себя не видел, кроме сверкающих голубых глаз, стройных ножек в изящных лаковых сапожках и разрумянившегося капризного лица с нежно-розовыми мочками ушей, в сером мглистом меховом ореоле. Не давая мне опомниться, она тараторила:
– Там, на углу, нас ждет мой экипаж. А я-то боялась, что не застану вас дома. Надеюсь, вы еще не успели отобедать? Ладно, обед подождет, а для начала следует подышать свежим воздухом! Куда же нам поехать? Сначала направимся… погодите, погодите… так, можно в ботанический сад! Или нет, вот отличная идея: поедем-ка на лоно природы, подальше от этих угрюмых домов из камня! Да берите же шляпу! Чего же вы ждете? У меня в экипаже теплый, мягкий плед: закутаемся в него до ушей и так тесно прижмемся друг к другу, что мигом обогреемся!
Ну что я мог на все это ответить?
– А мы тут… с дочерью моего друга… тоже собирались… прогуляться в экипаже…
