– Что с тобой, сестрица? – с тревогой спросила Любушка, поймав Асю на крыльце. – Ты сегодня сама не своя. Ужель не рада за подругу?
Как же не рада-то? Рада, конечно. Только своя-то беда покою не даёт. Кому же ещё поплакаться, как не любимой сестрице? И рассказала ей Ася про мысли свои потаённые. А на крыльцо она выскочила, потому как дядька Сано Кузнецов, родной Тимохин отец, пристал к ней с глупым вопросом, чего же она замуж не идёт. Только этого пьяницы и не хватало. Не хотел звать его Тимоха, но отчим его, Егор, настоял, что негоже это, родного отца не позвать на свадьбу. Вот и сидит он тут, широко улыбаясь, да ересь всякую несёт. А жена его, Татьяна, исподлобья на женихову матушку поглядывает. Говорят, дружили они прежде с тётушкой Марусей. Неужели и Ася с Дашей теперь отдалятся друг от дружки? Дарья теперь мужняя жена, негоже ей с прежней-то подругой якшаться, а Ася, похоже, так в девках и останется. Такая, видать, судьба у неё.
Люба обняла сестрицу, погладила её по плечу и молвила тихонько:
– Путь к счастью не у всех прямой и короткий, чаще он длинен и тернист. Главное – верить, что счастье-то впереди, что ждёт оно тебя, и тогда ты к нему обязательно придёшь.
– Ты думаешь, что так и будет? – с надеждой спросила Ася.
– Конечно! Уж я-то знаю!
Ася с благодарностью обняла сестру. Может, зря она так печалится? Может, явится к ней Данило с дорогими подарками, раз фарт ему выпал. А вдруг он сейчас к свадьбе готовится? А потом приедет за ней, да и увезёт в свой завод, введёт хозяйкой в новый дом.
Хорошо, кабы так всё и было.
Устин возвращался со свадьбы Тимофея. За окном вагона мелькали серые деревья на фоне белого снега. Рядом с ним сидела Марфа. Демьян отправил её с каким-то поручением в общину к единоверцам и попросил Устина сопровождать девицу до Невьянского завода, а там помочь нанять извозчика. Но при этом намекнул, что ему было бы спокойнее, кабы парень сам съездил в общину вместе с внучкой. Помня помощь старого знахаря, Устин не мог отказать ему в этой просьбе. Марфа молчала, глядя в окно, а её попутчик мыслями был ещё там, в доме Беловых. Он вспоминал свою встречу с Асей. Видел удивление в её глазах, когда предстал перед нею в новом обличье. Понял, что произвёл на неё должное впечатление, и был уверен, что вид его понравился девице. Долго уговаривала его матушка постричь волосы и бороду, а он никак не соглашался. Но перед самой поездкой вдруг решился. Окоротил немного. И правильно сделал. Варя с Нютой тоже оценивающе осмотрели Устина, и в глазах их парень прочёл одобрение.
– А кержак-то наш, оказывается, красавчик! – прошептала Нюта Варваре, но он её услыхал и довольно улыбнулся.
Забавные они, эти девицы. С ними не соскучишься. Хоть с Нютой, хоть с Варварой. В семье Беловых Устин теперь чувствует себя своим, здесь ему как-то по-особому спокойно и тепло. И все ему искренне рады. Одно огорчает – Ася очень тревожится за Данилу. А тот, паршивец, сгинул где-то. Матушка тоже о нём печалится, но ей передали, что парень жив-здоров, живёт в своё удовольствие да прожигает неожиданное богатство. Об этом Устин не смог сказать Анастасии. Жаль её. А может, поехать да посвататься к ней? Но она всё-таки братова невеста. Негоже так. Да и вера его не позволяет. Правда, матушка упорно просит его отступиться от старой веры.
– Ты родился в новой вере, – говорит она иногда, – ты крещён в нашей церкви. Задурили тебе голову старики, всю жизнь твою поломали и меня лишили сына на долгие годы.
Устин слушает её и не знает, кто же прав – дед ли с бабкой, укравшие его из семьи, или матушка, к которой он наконец вернулся. Он по-прежнему осеняет себя двуперстием, молится старой бабушкиной иконе, ест только из своей посуды. Но сомнения не дают ему покоя. Да ещё Анастасия, к которой рвётся его душа. Но он, как может, сдерживает эти порывы. Пусть уж девица сама выбирает между братьями.
– А ты, Устин, не надумал поселиться в общине? – прервала его мысли Марфа. – Вдруг тебе там понравится?
– Вот и поглядим завтра, – ответил Устин, – что же там такого хорошего, чтоб на всю оставшуюся жизнь снова в скит податься.
Ему и с матушкой жилось неплохо. Он уже привык к новой избе, к хозяйству. Мысль об общине он давно отбросил. Нажился уже в глухом лесу, довольно.
– А разве мы не сегодня туда отправимся? – удивилась девица.
– Я думаю, лучше ехать завтра поутру, чтобы одним днём обернуться. А сегодня к нам пойдём. Матушка будет рада тебе, она очень благодарна всем, кто помог мне выжить.
Марфа задумалась. Ей, конечно, интересно побывать в доме Устина, поглядеть, как он там живёт. Да и дед намекал, что не просто так он её отправляет с парнем. Надо, дескать, им почаще вместе бывать, авось, чего и сладится. Только как же она у неверной-то хозяйки станет гостить? Но опять же Устин с нею одной веры, а значит, ничего страшного в этом нет. И она решилась:
– Ладно, остановимся на ночлег в вашем доме.
