Мне нужно срочно вернуться в библиотеку, чтобы забрать оттуда справочник. Мне так и не удалось прочесть главу про морфин. Кажется, Изольда на одном из приёмов говорила мне про него и предлагала купить вместо чистого опиума. Мне требуется больше информации. Его, правда, надо вводить иглой. Страшно.
Очень надеюсь, что не свалюсь в обморок снова, пока буду идти до библиотеки. И не встречу никого в такое позднее время. Меня всё ещё мучают головокружение, сильная жажда и острые боли в животе.
Господи, спаси меня.
Я задремала на несколько часов. Меня снова терзали беспокойные сны, а ноющая боль в теле мешала полностью расслабиться и отпустить тревоги. Спина и шея затекли, а лодыжка раздражающе ныла.
Проснувшись, я увидела беспокойного Вильгельма. Похоже, он так и просидел рядом со мной всё это время.
— Чем ты занимался? — сонно спросила я, разминая шейные суставы.
Мужчина слабо улыбнулся и прилёг рядом.
— Думал, как нам искать виновника, или точнее виновников, происходящего, и что сказать Фергусу, — ответил мужчина, тяжело вздохнув. — Сначала пытался поработать, чтобы отвлечься и разгрузить голову, но не получилось.
Я горько усмехнулась.
— Под подозрения попадают буквально все. Исключить можно только Терезу. Она слишком слаба для такой ожесточённой борьбы. Плюс у неё есть алиби.
— И какое же? — недоверчиво спросил Вильгельм.
— Я столкнулась с ней в коридоре, когда шла в библиотеку. Ей точно нездоровилось.
— Тому, кто стрелял, скорее всего, тоже. Сложилось ощущение, что пулями целились в мебель, а не в человека. Стрелок точно неопытный.
— Ты ходил туда один?! — вырвалось у меня с возмущением. — Вильгельм, это было крайне опасно и неразумно с твоей стороны!
— Моя персона не интересует этих девушек. Можешь не переживать, милая.
Я прикрыла глаза. Взгляд Вильгельма на моём лице ощущался почти физически. Он протянул руку и нежно погладил мою скулу, а затем подвинулся ближе и поцеловал в уголок губ, заставив меня улыбнуться. Напряжение мгновенно спало, уступив место приятному трепету внутри.
— Прости, — прошептал Вильгельм. — Я оставил там всё как есть, чтобы показать утром Фергусу, и забрал клинок.
Я моментально вспыхнула от стыда.
— Ох, точно, клинок! Извини…
— Не за что извиняться. Ты спасала свою жизнь.
— Вильгельм, спасибо, что помог. Это очень ценно для меня.
Наши глаза встретились. Вильгельм прошёлся рукой по моим растрёпанным волосам, а затем по шее. От прикосновений кожа покрылась мурашками. Я приподнялась, чтобы дотянуться до его губ. Силы ещё не восстановились, и моя голова упала на подушку.
— Виктория, тебе не следует напрягаться.
— Поцелуй меня, — еле слышно произнесла я.
Сердце пропустило удар, когда мужчина взял меня за подбородок и обвёл большим пальцем нижнюю губу. Он всматривался в мои глаза, словно искал там ответы на волнующие вопросы. Я прижалась к нему чуть сильнее, очертила рукой контур его лица и запустила пальцы в непослушную шевелюру.
Вильгельм припал к моим губам. Он будто пробовал их на вкус, медленно углубляя поцелуй, а я послушно следовала за ним. Лёгкая дрожь настигла моё тело. Я ещё ближе прижалась к мужчине, ощущая его возбуждение, и блаженно простонала ему в рот. Мои пальцы вцепились в его рубашку, а затем скользнули к пуговице на штанах, коснувшись увеличившегося бугорка.
Дыхание Вильгельма участилось. Он отстранился и внимательно посмотрел на меня.
— Виктория, думаю, сейчас не время.
От его слов внутри что-то оборвалось. Моё тело было готово взорваться с минуты на минуту, кровь кипела, обжигая вены. Сейчас я хотела ощутить плоть Вильгельма внутри себя больше всего на свете.
— Почему же?
— Ты ещё слаба, — прошептал он.
Мужчина коснулся губами нежной кожи за ухом, а затем проложил дорожку из поцелуев вдоль шеи.
— Я, правда, не выдержу, если ты продолжишь в том же духе, Вильгельм.
Он поднял голову и игриво ухмыльнулся, сверкнув тигриными глазами. Мои щёки залились краской от его хищного взгляда.
— Мне нравится тебя дразнить.
Я лишь фыркнула в ответ.
Вильгельм отстранился и лёг на спину рядом. Он взял мою руку, переплетая наши пальцы. Мне пришлось закрыть глаза и отдышаться, чтобы унять внезапное возбуждение. Губы всё ещё покалывало от настойчивых поцелуев.
— Как ты себя чувствуешь? — прервал тишину Вильгельм. — Рана совсем небольшая, но, думаю, всё-таки стоит обратиться к врачу.
— Это лишнее. Мне намного лучше. Тогда боль ощущалась сильнее из-за испуга и напряжения.
Вильгельм скептически окинул меня взглядом.
— И всё-таки завтра я свяжусь с семейным доктором.
Я обречённо вздохнула и закатила глаза. Мы с отцом никогда не обращались к местным врачам. Средств на дорогостоящие лекарства не было, да и болезни настигали нас крайне редко. От обычной простуды всегда помогали отвары из шалфея, а с синяками и ссадинами справлялся обычный болотный багульник.
— Вильгельм, что теперь делать?
— Надо рассказать всё Фергусу, — решительно ответил мужчина. — И о нас тоже. Я должен быть честен с братом. Он всё ещё рассматривает тебя на роль своей невесты. Не хотелось бы вводить его в заблуждение.
