Пит еще спит. Разглядываю в утренних лучах его лицо. Сейчас на нем ни единой хмурой складки, и потому Пит выглядит моложе. Замечаю едва заметные веснушки на щеках, пробивающуюся светлую щетину на подбородке, а потом с интересом разглядываю красивые по форме губы. Тут же ощущаю неудобство и отвожу глаза. Хотелось бы встать и освежиться в душе, но мы с Питом так сплетены по рукам и ногам, что если я встану, он тоже проснется. А мне не хочется его будить без особой причины.
Так что я поднимаю глаза в потолок и пытаюсь мысленно заглянуть чуть дальше в свое будущее. Оптимизм растворяется. Даже если сейчас все пройдет без тяжелых жертв с моей стороны, и мы с Питом сможем остаться друзьями, я понимаю, что уже никогда не смогу быть с Гейлом. С тех пор, как я вызвалась волонтером на Игры, я старалась забыть все, что связано с ним, вырвать с корнем все зарождавшиеся чувства и выкинуть из головы рассуждения на тему «если бы…». Я победила и в принципе могла бы впустить Гейла обратно в свою жизнь по возвращении домой и может даже начала бы с ним встречаться, но Пит сломал все мои планы. Точнее я сломала, когда отказалась убить его. И не жалею. Лучше жить без любимого парня, чем с чувством вины за чужую смерть. Хотя какое там. Впереди меня ждет менторство. И мои руки обагрятся кровью десятков детей, которых я не смогу спасти, сколько бы сил к этому ни прикладывала.
Теперь заглядывать в будущее кажется мне скверной идеей для начала дня. Смотрю на своего мирно спящего друга по несчастью, высвобождаюсь-таки из его рук, и тело тут же обволакивает прохладный воздух комнаты. Пит недовольно ворочается и хлопает сонными глазами.
- Ты уже проснулась? – потягиваясь, бормочет он.
- Да, а ты бы поспал еще, мы вчера поздно легли.
- Я забыл, нам сегодня куда-нибудь надо ехать?
- Только ближе к вечеру. Не беспокойся, если что разбужу тебя.
- Хорошо, Китнисс, твоя вахта, - улыбаясь, говорит он и снова зарывается в одеяло.
По спине пробегает холодок от упоминания об Арене. Пойду –ка в душ и смою с себя все склизское мысли.
На часах 12, и в нашу комнату вносят обед, который мы впервые делим вместе с Питом за одним столом. В качестве десерта к нам влетает Эффи, разряженная больше обычного. В руке у нее портативный телевизор.
- Смонтировали ваше вчерашнее свидание, сегодня в 13.00 покажут. Так что не пропустите!
Эффи показывает нам, как управлять устройством, а потом уходит и уже в дверях произносит:
- Ой и как я могла забыть самое главное! Через пару часов мы придем вас наряжать для финала голосования и последующего интервью.
- Будет еще интервью? – с возмущением спрашиваю я.
- Конечно, будет, ты что не помнишь? Я же рассказывала вам обо всех мероприятиях еще в первый день!
- Где тут все упомнить, Эффи, - с улыбкой говорит Пит.
- В общем, ждите нас.
В нашем распоряжении остаются подвешенные 2 часа.
- Хочешь посмотреть передачу? – спрашиваю я у Пита, который лежит на животе поперек кровати и копается в листах бумаги.
- Нет, а ты?
- Нет.
- Можно я тогда тебя порисую?
- Меня? - удивляюсь я.
- Да, почему бы и нет.
- А это долго? Я успею умереть от скуки?
- Надеюсь, нет. Сядь в какую-нибудь удобную для тебя позу.
- Ладно.
Я сажусь на одной стороне кровати, а Пит на другой. Пока он точит карандаш, я раскладываю для себя подушки. Честно говоря, меня заинтриговала идея, потому что я еще ни разу не видела рисунков Пита. Разве что на праздничных тортах. Но одно дело нарисовать глазурью цветок и совсем другое сделать портрет. Вспоминаю забавные, корявые рисунки маленькой Прим, которые она малевала угольком на обшарпанных стенах у нас дома. Надеюсь, у Пита выйдет лучше. За разговорами незаметно проходит час. Пит отпускает меня, а сам добавляет последние штрихи. Я разминаюсь, пью сок, прогуливаюсь по саду, пока он еще минуть 15 возится с портретом. Наконец, зовет меня обратно в комнату и смущенно показывает работу. Я удивлена. Получилось живо и похоже. Правда, манера немного детская, грубоватая. Но учитывая, что Пит нигде не учился, кроме как дома на пирогах, уровень меня впечатляет.
- Вышло не так аккуратно, как я хотел, - говорит он слегка расстроено.
- Пит, да у тебя талант! Незря ты кучу времени извел на разукрашивание пирогов. Линии уверенные. А главное сходство. Хотя ты, пожалуй, меня приукрасил.
- Просто я тебя такой вижу.
Немного смущенно улыбаюсь.
- Теперь, когда мы вернемся домой, ты сможешь всерьез заняться рисованием.
- Пожалуй. Теперь и денег, и времени на это хватит. Сделаю в новом доме настоящую мастерскую.
- Нам видимо придется жить вместе, - не успеваю заметить, что мрачнею при этих словах и едва вспоминаю, как хотела закончить фразу. Чтобы не расстраивать Пита, пытаюсь улыбнуться. – Значит, я смогу тебе часто позировать.
Пит тоже пытается улыбнуться, но с грустью опускает глаза.
- Можешь взять себе, если хочешь. В знак нашей дружбы.
От этих слов на душе снова теплеет.
- Покажешь мне другие свои рисунки? Ты ведь много рисовал в саду.
- Да, конечно.
