========== Откровенность за откровенность ==========
Чем ближе мы подъезжаем к вилле, тем более расстроенным и нервным выглядит Пит. Эффи с нетерпением допытывается у нас:
- Ну как? Вам понравилось? Ну скажите!
- Да, это было интересно, Эффи. Спасибо, - говорю с улыбкой я, а сама смотрю на Пита.
- Все было прекрасно, - натянуто поддерживает меня Пит, но тут же отводит глаза в сторону и уходит в свои размышления.
Эффи не перестает сыпать восхищением, как все хорошо прошло, как было роскошно и все в том же духе. Потом заговорщически толкает меня в бок и говорит с улыбкой:
- А какой поцелуй у вас получился в конце!
- Ты что, за нами следила? – возмущаюсь я.
- Ну конечно, я же говорила, что вас будут снимать.
Пит от этих слов хмурится еще больше. Мне тоже как-то не по себе, что за нами наблюдали в режиме реального времени. И ладно бы посторонние операторы, но это была Эффи. Для нее в этом нет ничего такого.
На пороге виллы нас встречает Хеймитч со стаканом виски.
- А вот и вы! Как прошел романтический вечер? – Пит не дает ему договорить и уводит в сторону. Охранники недобро на них посматривают, а Эффи ведет меня в дом, в нашу комнату. Минут через десять Пит и Хеймитч возвращаются. Ментор серьезен, от пьяной веселости, с которой он встретил нас, нет и следа. Он сочувственно похлопывает Пита по плечу и уходит, бросив на меня испытующий взгляд. Я в недоумении. Эффи ждет, когда мы с Питом переоденемся, чтобы забрать вечерние наряды, а потом тоже убегает, пожелав нам спокойной ночи.
Почему-то сейчас я боюсь быть с Питом наедине. Осторожно спрашиваю:
- Ты как? Все нормально?
Он смотрит на меня с недоумением. Кажется, он сейчас осыплет меня всеми ругательствами, какие знает. Но потом устало плюхается в кресло и бурчит себе под нос:
- Мда, Хеймитч был прав.
- Хеймитч? Ты о чем вообще? Что происходит, Пит? Я что-то не так сделала?
Пит смотрит на меня как на сложную задачу, думает с какой стороны подступиться, подыскивает слова.
- Даже не знаю, с чего начать. Китнисс, вот представь себе, что вместо меня сейчас с тобой Гейл, только ты его любишь, а он тебя – нет. Тебя без конца бросают в его объятья, и на публике вы притворяетесь влюбленными, а наедине он высказывает, как тебя ненавидит и что не хочет иметь с тобой ничего общего. Как бы ты себя почувствовала?
Сажусь напротив Пита на край кровати и задумываюсь на минуту.
- Довольно скверно, - отвечаю я.
Пит одобрительно кивает.
- А теперь еще лучше. Представь, что этот ненавидящий тебя Гейл начинает показывать своим поведением, что тоже к тебе неравнодушен. Ни с того ни с сего. Что бы ты тогда почувствовала?
- Ну… я была бы в замешательстве.
- Близко, я сейчас не просто в замешательстве. Я негодую, Китнисс. С каждым днем мне все труднее разыгрывать всю эту комедию и держать от тебя дистанцию. А ты еще и провоцируешь меня.
- Я?! Когда?
- Когда обняла меня во время танца. И я сорвался…снова. Почему ты не остановила меня?
От такого нелепого с виду обвинения я на мгновение теряю дар речи.
- Потому что мы играли для Капитолия.
- Да. Но ты могла дать мне как-то понять, что мне пора бы остыть и закончить все. Я ведь мог… Это могло далеко зайти, понимаешь?
Пит смотрит на меня в ожидании ответа. Сижу, опустив глаза. Я знала, что однажды Пит заговорит со мной о чем-то подобном, но надеялась, что это случится еще не скоро.
- Ты бы не сделал со мной ничего перед камерами, - неуверенно произношу я.
- Ты так во мне уверена? Знаешь меня лучше, чем я сам? Думаешь, я бы постеснялся сделать то, что от меня итак все ждут? – он на время замолкает, завершая свою речь тяжелым вздохом. Когда он вновь говорит, голос его становится мягче, в нем больше нет злости, скорее грусть. - Не обнадеживай меня напрасно, Китнисс. Я ведь люблю тебя. Хочу тебя. И с каждым днем все больше теряю голову, от того, что ты рядом. Так имей же хоть немного уважения к моим чувствам.
- И что мне делать? Стоять, как восковая кукла, пока ты меня целуешь? Я тоже не железная, знаешь ли.
- Давай условимся на какой-нибудь знак, - рассудительно предлагает Пит, - например, если почувствуешь, что я далеко зашел, то ущипнешь меня за руку.
- Что за детский сад.
- Ничего подобного. Мне нужно как-то возвращать себя в реальность и понимать, что мы играем на равных. Знать, что ты не используешь меня, а я не принимаю роль капитолийского палача для тебя.
Я вздыхаю, отворачиваюсь и, опираясь о стол, произношу:
- Боюсь, Пит, как бы ты ни старался обыграть наших мучителей, все равно через два дня это закончится брачной ночью под капитолийской крышей. И наверно, мне было бы гораздо проще, если бы ты смирился со своей ролью в этом представлении.
Пит смотрит на меня в ужасе, подходит ближе и с болью произносит:
- Я не сдамся. Я сделаю все, чтобы оттянуть это, я что-нибудь придумаю, Китнисс.
