Фраза о том, что браки совершаются на небесах, Варвару Сергеевну, прожившую почти тридцать лет холостячкой, до поры до времени раздражала существенно больше иных расхожих фраз.
Во-первых, что считать браком.
Если штамп в паспорте — тогда он заключался представителем государства, если обряд венчания — то простым смертным человеком.
Или — непростым? Но тоже — человеком… А как же тогда с духовной связью? Отсюда как-то само вытекало «во-вторых».
С некоторых пор и она поверила в то, что именно на небесах решали не формальную, но
Зачем дед скрывал, что после смерти бабушки встретил женщину, и не просто увлекся ею, но та родила ему ребенка?! Неужели боялся реакции единственного сына? Или отец лгал? Точнее не говорил им с матерью правды про личную жизнь деда.
При этом ни «левой» жены, ни вполне законной, как выяснилось, дочери, на торжественных похоронах деда не было.
Что же это за родственнички?
Даже в дурных мелодрамах на похоронах, по классике жанра, всегда появляются те, кто находился по разным причинам в тени.
Смерть извиняет все.
Или… или нет?
Бред…
Но в любом бреде, как упрямо нашептывала профессиональная выучка, едва рассеются эмоции, можно обнаружить логику.
Надежда Егоровна Самоварова родилась второго мая 1968 года в Москве.
В свидетельстве о ее рождении (о чем и сообщил довольный Никитин) отцом значился Егор Константинович Самоваров.
Все вводные данные, как трижды садистски уточнил полковник, совпали с данными деда. Уж не по этой ли причине часть своего праха дед завещал отвезти в Московскую область в деревню Рубаново? Но родом из этой деревеньки была бабушка Таня, именно она хотела, чтобы ее похоронили на родине, и единственный муж изъявил перед смертью желание упокоиться рядом.
Так они когда-то решили вместе? Возможно.
Но если даже это был внезапный порыв, он лишний раз подтверждает его верность рано ушедшей любимой. Картина не складывалась. Совсем.
В год рождения Надежды деду было шестьдесят два.
Это-то еще можно понять — в наше время поздним отцовством и даже материнством никого не удивишь. Понять, но не принять. А как уложить в голове, что второго же мая, за десять лет до того, родилась внучка Варя?
Единственный сын Егора Константиновича, Сергей, давно уже был взрослым мужиком, у него были работа, жена и третьеклассница-дочь.
Ну влюбился дед, не счел нужным оформить брак, ребенка признал — так зачем скрывать?!
Загадочная Надежда, выходит, была Сергею единокровной сестрой, а Варваре приходилась теткой, причем моложе племянницы на девять лет.
Но у запрашивавшей дело в архиве инициалы «В.П.».
Не Надежда, и даже не Егоровна…
Мимо проносились московские окраины, состоящие сплошь из новостроек, гигантских торговых центров и заносчивых автомобильных салонов. Вставшие на место вырубленных лесов и снесенных деревенек атрибуты ненасытной потребительской эпохи были четко вычерчены прямыми кичливыми линиями.
Укрывшись под сводами бесчисленных магазинов, салонов услуг, кинотеатров с чужими придуманными героями на экране, забыв свои историю и корни, променяв сложности отношений на удобное одиночество с таким же одиноким психологом на другом конце связи, облегчив жизнь доставками, сведя общение к переписке в чатах, люди незаметно попали в красивое с виду пространство, где давно уже не осталось почти ничего, кроме тоскующей по ночам пустоты.
Происходившее в стране и мире было неизбежно.
Эгоистичное удобство, достигнув своей вершины, пораженное громом с небес, стремительно рушилось, громыхая расколовшимися на миллиарды щепок останками.
Голова пылала.
Лаврентий мирно дремал в ногах.
Глядя на его милую рыжую морду, даже не верилось, что какой-то час назад этот хищник, за сотню метров почуяв неладное, смог яростно постоять — за себя и за свою хозяйку.
Пес был в ее жизни не случаен. Это она поняла почти сразу, когда увидела его в начале прошлого лета у дачного домика доктора.
Числа тоже не случайны.
Наскоро покопавшись в памяти, Варвара Сергеевна не вспомнила больше ни одного знакомого ей человека, кто бы родился с ней в один день. Любые случайности, лишь до поры необъяснимые, составляют часть неумолимого целого.
Выехали на скоростную трассу. До Рубаново, если верить приложению, оставалось два с половиной часа. Ласково погладив по голове спящего пса, Самоварова попыталась на время выкинуть всё из головы и подремать.
