Жаку часто недостает ночи. Тогда он направляется в офис, где его мысли заняты другими образами, другими звуками, другими запахами. Обнаженные тела, свет неоновых ламп, дым сигарет… Жак знает правила. Он садится напротив Карла. Младший принимается рассказывать старшему о своей ночи с того момента, когда спутник оставил его накануне вечером. Он рассказывает ему обо всем. Об исступленных лицах, о теплом поте, о наслаждении урывками. Бары,
«Жак давал Карлу возможность опосредованно испытать переживания и эксцессы, которых тот не позволял себе»25.
Рассказывая о своих подвигах, Жак также отчасти провоцирует его.
В очаровании начинающегося дня, словно Дориан Грей семидесятых годов XX века, молодой человек вернулся все тем же после ночи разврата. Его дерзость, его вызывающая свобода витают вокруг него, как аромат пьянящих духов. Но в отличие от портрета Оскара Уайльда, картина Менцеля, дремлющая где-то в дальней комнате, не потускнела. Как и у приятеля Карла, лица короля, философа и гостей остаются молодыми и прекрасными. Еще на некоторое время.
Вечера в клубе «Сет» следуют друг за другом, похожие один на другой. Ресторан, смех, шампанское и
«Неожиданно раздался какой-то шум, выяснение отношений между Пьером Берже и Карлом. […] Все были удивлены, увидев стычку в „Сет“!»1
Несмотря на разношерстую клиентуру, в «Сет» проводили время люди из приличного общества… «Все были ошеломлены»2, — добавляет дизайнер. Представим себе сцену. Сначала короткая перебранка, все громче звучащие голоса, отзвуки ссоры, разносящиеся по ресторану.
Предмет разногласия — любовная история на грани дозволенного, на грани преступления. Диана де Бове-Краон вспоминает об этом: «Я вкратце изложу суть дела: два парня случайно встретились, понравились друг другу и захотели продолжить свои отношения. Если не считать, что, к несчастью, одного из этих двух парней звали Сен-Лоран, а другого — Жак де Башер»3. Она продолжает: «Я действительно думаю, что это было мимолетное увлечение. В те времена все увлекались миллионы раз в минуту. Это не приняло бы такого масштаба, если бы не вмешался Пьер Берже. Карл, безусловно, не из тех, кто стал бы придавать значение этой истории»4.
Именно в «Сет» завязались отношения между Жаком де Башером и Ивом Сен-Лораном. Почти каждый вечер они ужинали через два, три, четыре стола друг от друга. Ив — в компании Пьера Берже, Жак вместе с Карлом. В конце 1973 года двое мужчин забывают об осторожности, обмениваясь взглядами, направленными от одного столика к другому.
Они нравятся друг другу, они — любовники. Интрижка перерастает в любовь. Ив сходит с ума от страсти к Жаку. Обратное меньше похоже на правду.
Итак, чего ищет Жак, если оставить в стороне «мимолетное увлечение»? Всегда, по словам Дианы, «Жак был провокатором. Хотел ли он раззадорить Карла или пощекотать ему нервы? Может быть. В любой обычной паре, когда кто-то обманывает любимого человека, это все-таки для того, чтобы слегка поддразнить его, в противном случае это не имеет смысла»5.
Идиллия между Жаком де Башером и Ивом Сен-Лораном ранит Пьера Берже. Но «Карл никогда не переставал любить Жака, как бы тот ни вел себя6, — уверяет Диана, — и Жак никогда не переставал любить Карла. Это была глупость, нанесшая урон их отношениям, потому что за дело взялась пресса. Но через какое-то время Карлу стало на это совершенно наплевать»7. Во всяком случае, Жак отнюдь не ушел со скандалом. Видимо, сцены подобного рода не было.
Зато Ив Сен-Лоран погружен в муки любовного страдания, став пленником невообразимого романа. Он проводит вечера подальше от дома, пьет, продолжает принимать наркотики. Он больше не спит, не работает. Однажды ночью он неожиданно приезжает в автомобиле на площадь Сен-Сюльпис. Окна машины открыты, повернув, он во весь голос кричит о своей любви под окнами Жака. Сирена полицейской машины слышна уже совсем близко. Полицейские забирают кутюрье. И Пьеру Берже приходится бежать среди ночи, чтобы спасти своего теперь уже слегка протрезвевшего приятеля.
