— Нравлюсь? — Киллиан повертелся перед портретом, будто и правда рассчитывал получить одобрение своего красивого мальчика. — О! Подожди минуточку, — он подцепил крюком богато расшитый серебром камзол, лежащий на кровати, и довольно быстро облачился в еще одну появившуюся в его гардеробе великолепную вещь серого оттенка. Метнулся к рабочему столу, где под ворохом карт отыскал небольшое зеркало, вглядываясь в собственное отражение, поправил рукой чуть растрепавшиеся волосы и вернулся к кровати. — А вот так? — Киллиан снова встал перед портретом и развел руки, чтобы Питер мог «оценить» красоту и гармоничность надетых на него вещей, повернулся спиной для целостности восприятия образа, а когда снова развернулся, то ему показалось, что у нарисованного Питера дернулся уголок губ и чуть больше изогнулась левая бровь. — Тебя веселит мой вид? — Киллиан усмехнулся. — Согласен, что выгляжу довольно непривычно во всем этом… великолепии. Но мне бы очень хотелось, чтобы ты и правда мог видеть меня сейчас. Мне бы хотелось, чтобы ты был сейчас рядом.
В дверь непривычно робко постучались. Настолько робко, что Киллиан, увлеченный разговором со своим молчаливым нарисованным собеседником, не обратил внимания на эту тихую возню.
— Капитан Джонс!
Стук стал чуть настойчивее и заставил Киллиана отвлечься от своего несомненно увлекательного занятия.
— Да!
— Кэп, — коренастый парень с уродливым шрамом на левом виске боком протиснулся в капитанскую каюту, — …я это… — паренек, не поднимая головы, переминался с ноги на ногу.
— Отлично выглядишь, Берти, — Киллиан улыбнулся смущенному виду своего подчиненного, который, по всей видимости, чувствовал себя неловко от того, как выглядел.
— Правда? — Берти вскинул голову, недоверчиво прищурился и одернул темно-синий камзол, украшенный скромной серой вышивкой.
— Правда, — Киллиан подкрепил утверждение уверенным кивком головы.
— Вы тоже, Кэп… эм-м-м… отлично выглядите. И это… — парень замялся, — …там уже почти все собрались, и Мистер Сми просил передать, что уже пора. Сказал, что до «кровавого» заката осталось чуть больше часа, и надо бы уже выдвигаться, если мы хотим прибыть в замок вовремя и не пропустить самую важную для Хелли церемонию.
— Говоришь, уже пора? — Киллиан глянул в окно, оценивая расстояние между бирюзовым диском и горизонтом. — Передай Мистеру Сми, чтобы бил в рынду общий сбор. Я сейчас поднимусь.
Берти выскользнул из капитанской каюты, и как только за ним закрылась дверь, Капитан Джонс подошел к рабочему столу и выдвинул потайной ящик, где хранил особо ценные вещи. Он оглянулся на нарисованного Питера, который будто наблюдал за своим Кэпом:
— Ты просил не снимать его, но сегодня так нужно…
Киллиан снял с себя черную цепочку с двумя подвесками — Череп и Меч — его персональный защитный оберег, с которым и тысяча чертей нипочем. Он взвесил амулет в ладони, словно оценивая свои риски, и положил рядом с перстнем с кроваво-красным рубином, который раньше никогда не снимал. Но в последнее время Киллиан не надевал перстень, когда ему предстояла встреча с Феликсом — у парня с камнем, украшающим массивное кольцо, были связаны не слишком приятные воспоминания. Впрочем, у Киллиана Джонаса с кроваво-красным рубином тоже были ассоциации не особо радостные: смерть, боль, опустошенность, страх, потерянность — все это никак позитивным назвать нельзя. Феликс ни о чем таком не просил, но Киллиан видел, как нервно дергалась щека парня, когда он случайно цеплялся взглядом за перстень, а его рука непроизвольно тянулась к плечу, на котором остались шрамы от когтей Уайза. А вот свой защитный оберег, который буквально перед их повторным отплытием в Листерию нашли в лесу недалеко от пещеры Забвения мальчишки, а Питер собственноручно одел на шею своего Кэпа, Киллиан снял по просьбе Хеллиона, чтобы сторонняя магия не мешала будущему Правителю Листерии на заключительном и самом ответственном испытании. Хелли с большой долей вероятности могла помешать магия этого амулета, потому что его Капитан Джонс получил от Глума — предшественника нынешнего кандидата на должность Верховного Листерийского Мага. Хотя на всех остальных этапах Возложения Обязанностей этот оберег никак не влиял на магические способности Хеллиона. Джонс лишь на мгновение задумался, что в этом есть какой-то подвох — что-то его настораживало, но раздавшийся звон корабельной рынды отвлек от появившихся мыслей, и он решительно задвинул ящик. Подойдя к двери, Киллиан обернулся и взглянул на нарисованного Питера, который, казалось, не сводил с него глаз. Он подмигнул своему мальчику, прошептал: «Скоро увидимся», — и вышел из каюты.
Когда Капитан Киллиан Джонс появился на палубе, его команда была в сборе и ожидала приказа, разрешающего покинуть корабль. Капитан же с трудом узнавал в вычищенных до лоска и разодетых щеголях своих подчиненных, и если бы не Мистер Сми, который тоже выглядел весьма торжественно с своем темно-сером камзоле, то Киллиан еще долго бы зависал, изумленно разглядывая свою команду.
