Кэлум оторвал голову от подушки и пристально посмотрел на Робби:
— Мне поехать с тобой? — что-то его настораживало в голосе друга.
— Да нет… Я в норме, — Кэл своим заспанным видом и забавно торчащими в разные стороны волосами ничего кроме улыбки у Робби не вызывал. — Не волнуйся. Я, правда, в норме.
Кэлум еще некоторое время задумчиво смотрел на друга, а затем кивнул головой:
— Ключи в куртке. Захлопни за собой дверь. Мои все, скорее всего, еще спят — суббота как-никак. Заберешь меня завтра с утра?
— Давай лучше сегодня вечером заеду. Ну, чтобы мы уже с утра выехали… Не хочется мотаться туда-сюда, — Робби на самом деле хитрил, он просто не хотел оставаться ночью один на один с удушающей темнотой. Почему-то казалось, что Кэл как-то помогает ему бороться с ночными кошмарами. А в том, что эти сны будут повторяться каждую ночь, Роб не сомневался.
— Договорились, — Кэл кивнул и опустил голову на подушку, моментально засыпая.
Робби не поехал сразу домой, вернее — не доехал. Остановил машину около озера, недалеко от дома, и наблюдал, как поднимается утреннее солнце, окончательно разгоняя ночную тьму. Робби смотрел на солнечные блики на водной глади озера, и его невыносимо тянуло в Неверлэнд. Нет, зова он не чувствовал, но хотел бы там оказаться, потому что его мучила неизвестность и одолевали вопросы. Что там с Феликсом? С Уайзом? Вернулся ли Киллиан? Что там вообще происходит? Он пытался связаться с Тенью, но безрезультатно. То ли это последствия его пребывания в темном портале, и тьме все же удалось частично поселиться в нем, и теперь она мешала связаться с собственной тьмой, чем по сути тень и является. То ли это было связано с тем, что тень возвращалась в его тело и ушла из него не совсем правильным способом. Вернее было бы сказать — насильственным. А может быть, он просто потерял все связи с Неверлэндом? Его все еще любящее сердце зову Неверлэнда больше не подвластно, а браслеты остались там… И у него был единственный способ вернуться — найти Киллиана здесь, в реальном мире. «Он будет твоим ключом в Неверлэнд». Легко сказать! Знать бы еще, как разыскать этот «ключ». Как найти человека, о котором вообще ничего не знаешь? Ни имени, ни возраста, ни где живет, ни чем занимается. Странно, но за довольно долгое и тесное общение Джонс так и не открыл Питеру Пэну ни свое настоящее имя, ни свою другую реальность, в которой наверняка можно было бы найти зацепки. Правило рук в их случае не срабатывало: или пират умел скрывать информацию о себе, или Питера не особо интересовала другая реальность того, кого он любил там, где они были вместе — в своих снах. Искать же человека только по внешности дело почти безнадежное… А вдруг в реальном мире все выглядят совсем не так, как в другой реальности? Круг замыкался, и Робби понимал всю фатальность положения, в котором оказался. Но отчаиваться он не собирался. Он возьмет недельный тайм-аут, съездит с ребятами в Калифорнию, приведет свои мысли в порядок, вспомнит все, что сможет. Должна быть какая-то зацепка. Обязательно. Только нужно ее увидеть, услышать, понять. И оставалось надеяться, что в Неверлэнде за время его отсутствия будет все в порядке. Он почему-то был уверен, что с Феликсом все хорошо, и он присмотрит и за островом, и за Потеряшками. Да и Призрак поможет ему. Робби верил, что все будет хорошо, и когда-нибудь Питер Пэн обязательно снова вернется в Неверлэнд.
Робби рассчитывал, что родители еще спят, но, унюхав кофейный аромат и услышав тихие шаги и звон посуды, заглянул на кухню. Мама сидела за столом и помешивала ложечкой кофе в маленькой белой чашечке для кофе-эспрессо. Обычно она пила по утрам кофе с молоком, а эспрессо только в исключительных случаях… Значит, ночь была бессонной. Робби уселся напротив и, протянув руку через стол, осторожно пожал мамину ладонь.
— Мам, прости, что не позвонил, — он улыбнулся матери. — Устал после перелета, и меня вырубило прямо где сидел, в кресле, среди шума, гама и громкой музыки, — это было вынужденное вранье — не рассказывать же матери правду.
— Ничего, милый, — Стефани коснулась щеки сына и улыбнулась, — Кэлум позвонил, сказал, что заберет тебя к себе.
— Но ты все равно не спала… — Роб перехватил руку матери и прижался к ней губами.
— Ночь какая-то странная… Даже не могу объяснить… Словно, что-то случилось или должно случиться…
— Может, это все полнолуние? — Робби не хотелось думать о том, что мама могла что-то почувствовать интуитивно, но, видимо, так и было — материнское сердце не обманешь.
— Может… — Стефани успокаивающе погладила сына по руке, но, скорее всего, больше успокаивала себя.
— Мам, мы с ребятами решили эту неделю каникул провести в Калифорнии, проехать штат на машинах, — Робби решил отвлечь маму от неприятных мыслей.
— Хорошая идея.
— Вы с папой не будете против? Завтра утром мы выезжаем. Я с Кэлом на моем Мустанге, вести будем по очереди…
— Завтра? Ты же только прилетел из Ванкувера, и завтра снова уезжаешь? — теперь во взгляде Стефани читалось недоумение с некоторой задумчивостью.
