– Прекрати что бы это ни было. – Она махнула рукой в его сторону. – Ты больше не можешь угрожать мне информацией о моей личности. Больше нет причин дразнить и насмехаться, как это делаешь ты. Не нужно притворяться, что ты меня знаешь. Я всего лишь часть твоей команды, и пока все это не закончится, давай остановимся на этом.
– Это не притворство, – сказал он, не сводя с нее пристального взгляда. – Я действительно знаю тебя, зажигательная танцовщица. Несмотря на то что тебя это может раздражать. Я знаю тебя больше, чем ты, вероятно, знаешь себя.
Его слова неприятно скользнули по коже. Отголосок того, о чем он когда-то просил ее в прошлом.
«Позволь мне узнать тебя, зажигательная танцовщица».
Ния вздернула подбородок, успокаивая магию, которая продолжала неистово плавать внутри нее.
– Весьма сомнительно.
– Я знаю, что ты презираешь корсеты.
– Все женщины презирают корсеты.
– Знаю, что ты предпочитаешь ночь дню, – продолжал Алос, ничуть не смутившись, – и не можешь отказаться от азартной игры. Я знаю твой порок – есть мед и яблоки после выступления. А еще, что прежде всего ты заботишься о своей семье и носишь маску равнодушия, слишком большую для твоего чуткого сердца. И это всего лишь то, что я понял, наблюдая за тобой. Должен ли я поделиться тем, что выяснил, когда прикасался к тебе?
Ния ахнула:
– Ублюдок.
– Ты видела мою семью, – неприятно улыбнувшись, возразил Алос. – Я могу быть кем угодно, но ты прекрасно знаешь, что я точно не ублюдок.
– Зачем ты это делаешь? – спросила Ния, ее тело дрожало от смеси растущей ярости и разочарования. – Почему ты ненавидишь меня?
Алос моргнул, вопрос, казалось, застал его врасплох.
– С того самого дня, как мы встретились, – продолжала она, – ты строил козни, чтобы одержать верх. И, даже получив желаемое, ты все равно настойчиво пытаешься вызвать мой гнев. Почему?
Алос долго молчал, так долго, что Ния уже собиралась уйти, когда он наконец ответил:
– Я не ненавижу тебя.
Она рассмеялась, звук был резким даже для ее ушей.
– Хорошо, как скажешь. Но знай, что я покончила с этим. Со всем этим. С нашим прошлым, нашим настоящим. И если в будущем ты попытаешься разозлить меня, я больше не куплюсь. Понял? Я здесь, чтобы выполнить наш договор, и это все. Ты сломал свою игрушку. Иди и найди себе новую.
Ния протопала мимо Алоса, но он схватил ее за руку, останавливая.
– Ты хочешь сделать это? – спросил Алос, стоя так близко, что она уловила присущий ему аромат полуночных орхидей и моря. – Хочешь наконец обсудить правду о нашем прошлом? Тогда давай. – Его глаза вспыхнули, когда он впился в нее взглядом. – Но знай, что мной никогда не двигала ненависть. Как я мог ненавидеть того, кого не знал? – Он отпустил ее руку, но след, словно клеймо, все еще оставался на ее коже. Ния быстро дышала. – Когда я впервые встретил тебя, мне нужны были средства достижения целей. У меня больше не было ни дома, ни семьи. Для меня имели значение лишь дело и цель, я хотел занять более высокое положение в обществе. В ту первую ночь, когда я пришел во дворец, я искал нечто самое ценное в комнате и увидел тебя, Нию Бассетт, танцовщицу Мусаи. – Алос блуждал по ней взглядом, разглядывая и оценивая. Холодок пробежал по обнаженной коже Нии, когда магия Алоса начала беспрепятственно сочиться из него мятным туманом. – Я искал то, что ты так тщательно скрывала, понимая, какой козырь эта информация даст мне. Я знаю, что в процессе получения желаемого причинил тебе боль. Но, как мы видели, я пришел, чтобы воспользоваться тем, что знал. Я не жалею, что сделал это. И поступил бы так снова. Сожаление – удел трусов, слишком слабых, чтобы загладить свою вину в настоящем.
Сердце Нии громко стучало в ушах, ее собственная красная дымка силы смешивалась с магией пирата. Они стояли, заключенные в созданный ими кокон.
– Это твоя попытка загладить вину? – спросила она, взглядом меча в него кинжалы. – Объяснение своего поведения вместо извинений? Потому что, скажу точно, это не работает.
– Ты выросла в Королевстве воров! – рявкнул Алос. – Ты – часть Мусаи. Не притворяйся, что невиновна в жестокости и грехе.
Ния сделала шаг назад, пытаясь освободиться от его притяжения.
Восхитительного, но наполненного обещанием угрозы притяжения, которое крутилось вокруг нее. Слишком похожи. Они были слишком похожи. Чудовище и монстр, борющиеся за господство. За контроль.
– Я никогда не утверждала, что наивна в подобных вещах, – начала она. – Но одно дело, разбить чье-то сердце, и совсем другое – постоянно запугивать их, не давая возможности забыть. Да, твои чары подействовали на меня. Да, мы разделили постель. Однажды. Но после тебя, пират, у меня было много любовников. Так что, пожалуйста, забудь обо мне! Потому что я определенно забыла о тебе.
Глаза Алоса горели, в них бушевало пламя.
