– По-видимому, Урели, наследник короля, уже какое-то время планировал захват власти. Алос появился не случайно, все было спланировано. В то время он был ненамного старше меня, но слава о репутации Алоса уже разлетелась по всему Адилору, и принц Урели попросил его о встрече. Я не знала, способствовала ли моя история принятию положительного решения, но, встретившись с принцем, Алос согласился нести бремя грехов, которое Урели не мог взять на себя. Он согласился убить короля, при условии, что жены Отебуса будут освобождены, а принуждение к браку детей будет запрещено.
– В ту ночь на улицах царил хаос, – продолжала Кинтра, теперь, похоже, не в силах остановиться. – Я все еще слышу, как звуки рога доносились с каждой верхушки дерева, когда солдаты стращали любого, кто открыто праздновал убийство. Алос пришел и нашел меня в моем доме, проскользнул прямо в окно моей спальни, как тень потерянного бога. Я понятия не имела, как он узнал, где живет моя семья, но он оказался там и быстро рассказал, что он капитан пиратского корабля под названием «Плачущая королева». А затем предложил место в своей команде. Не знаю, что заставило меня принять такое решение, но в ту же минуту я отправилась за ним. Только оставила записку своей семье, сказав им, что люблю их и что не умерла. Мы немедленно отправились сюда, в Долину Великанов, чтобы на время найти убежище. Очевидно, между жителями долины и Урели был заключен тайный мирный договор. Полагаю, не только молодым девушкам при дворе угрожали похотливые взгляды старого короля. Многие девочки из Шанджари искали здесь убежища, и, похоже, – Кинтра поймала взгляд пожилой женщины, сидевшей в другом конце комнаты, – многие не уехали.
Тишина воцарилась за их столом, пока шум от ужина продолжал кружить вокруг них.
– Капитан когда-нибудь говорил, почему разыскал тебя позже той ночью? – спросила Саффи. – Когда просил присоединиться к его команде?
Кинтра вздохнула:
– Он сказал, что я напомнила ему кого-то, кто для него важен.
Арион. Имя осталось невысказанным, но образ младшего брата Алоса всплыл в памяти Нии.
Она сидела рядом с квартирмейстером, не зная, что сказать, поскольку теперь пребывала в замешательстве относительно собственных убеждений в отношении повелителя пиратов.
Покровитель, сердцеед, лжец, спаситель, друг, вор, убийца, монстр, товарищ, защитник.
Как в Алосе сочеталось столько противоположностей?
Ния взглянула на темную фигуру Алоса в передней части зала. Он состоял из прохладных теней, но в то же время в его глазах горела жизнь и безоговорочная убежденность в своей миссии.
Как и у самой Нии.
Долг перед семьей, ее королем – это все, что у нее было. Все, во что она верила и за что намеревалась бороться. А значит, иногда совершала чудовищные поступки во имя добра.
Ние вдруг стало очень жарко, на нее нахлынула паника, и магия сжалась внутри от этого чувства. Она с ужасом осознала, что поступила бы точно так же, как Алос с ней, с любым, кто встал бы на пути того, к чему она стремилась. Особенно если бы целью стало спасение семьи, спасение ее дома.
Она бы разбила тысячу сердец, предала королевство людей, чтобы защитить тех, кого любила.
И без сомнения, Алос любил своего брата, несмотря на изгнание, все еще был обязан Эсрому и, судя по этим историям, заботился о пиратах на борту своего корабля.
Он заботился.
При этой мысли Ния почувствовала себя такой далекой, словно все в комнате теперь обрело новый смысл.
Действительно ли он стремился к миру? Миру, который он, возможно, хотел бы построить, если бы они встретились в другой день при других обстоятельствах?
Что-то сдвинулось в ее груди, неприятное и неловкое.
Осмелится ли Ния признать, что теперь поняла Алоса? Все его мотивы и намерения по отношению к ней. Он выполнял миссию по уничтожению на своем пути любых угроз, чтобы исцелиться от прошлого, которое все еще преследовало его, все еще причиняло боль его сердцу. Ния была для него угрозой.
Горло Нии сжалось, она не могла сглотнуть из-за внезапного осознания того, что могли означать эти слова.
Ее взгляд метнулся к Алосу в передней части комнаты.
