Группа двинулась на юг, постепенно забирая к западу, в сторону железной дороги. Идти здесь было трудно: как и говорил водитель Григорий, вся местность, казалось, состояла из одних оврагов. Овраги были неглубокие, но все время спускаться и подниматься было утомительно, и скорость движения была невысокой. За три часа они едва сумели покрыть половину расстояния до «железки». Отсюда Шубин стал забирать южнее: он хотел выйти к дороге южней Выпасного.
Через три часа пути они остановились в одном из оврагов, немного отдохнули, съели по куску мерзлого хлеба. И снова продолжили. Они шли и шли, скользили по обледенелым склонам оврагов, карабкались наверх – и так час за часом. Небо на востоке уже начало сереть, близился рассвет, когда рядовой Самодуров, у которого был чуткий слух, сказал, что слышит впереди перестук колес. Значит, они подошли к железной дороге. Теперь уже все различили шум второго состава, а затем и третьего. Все они шли на север, к фронту. Немцы спешили подбросить подкрепления сражающейся армии.
Они прошли еще полчаса, и вот снова послышался перестук колес. На этот раз состав шел на юг и двигался быстро. «Порожняк обратно гонят, – догадался Шубин. – Пустые вагоны, да пару-тройку вагонов с ранеными. Пускай гонят…»
И вот наконец они увидели впереди насыпь. Теперь они шли, внимательно глядя по сторонам: немцы могли пустить по дороге дрезину с охраной. Но в данный момент никого видно не было. Когда до насыпи осталось не больше пятидесяти метров, Шубин остановил группу.
– Ну, Семены, теперь ваша очередь настает, – сказал он. – Давайте, закладывайте заряд. Вам помощь нужна?
– Да, нужно еще хотя бы пару человек, рыть яму под рельсами, – сказал Пархоменко. – Земля мерзлая, рыть тяжело будет. А надо заряды под рельсы заложить. Причем под оба пути. Нам ведь надо оба пути взорвать, верно?
– Дело говоришь, – согласился Шубин. – Вот вы двое – вас как зовут?
– Меня Владимир Пастухов, – отозвался один солдат.
– А меня Иноземцев Слава, – сказал второй.
– Берите лопаты и идите вместе с саперами. Будете им помогать.
Саперы подхватили тяжелые мешки с толом, два бойца взяли лопаты, и все они полезли на насыпь. Остальные зорко следили за тем, не появится ли поезд с севера или юга. Но все еще никого видно не было.
Минут двадцать шла напряженная работа по закладке зарядов. Затем с насыпи спустились Пастухов и Иноземцев – их работа была выполнена. А затем стали спускаться и саперы, которые тянули за собой провод, закапывая его в снег. И вот уже вся группа соединилась возле насыпи и застыла в ожидании. Шубин ждал, когда с юга, со стороны Котельниково, пойдет очередной воинский эшелон. Подорвав путь вместе с составом, он не только останавливал движение, но и наносил урон врагу. Оставалось лишь сожалеть, что эшелоны не ходят по двум путям сразу – один взрыв просто уничтожал оба пути.
Они ждали и ждали… Уже совсем рассвело, и группу бойцов могли теперь заметить из кабины машиниста подходящего поезда, поэтому Шубин приказал всей группе отойти еще на сто метров и укрыться в ближайшем овраге. Возле подрывного устройства остались только саперы и сам Глеб. Они зарылись в снег, и теперь их нельзя было разглядеть на заснеженной равнине.
Вот наконец послышался перестук колес. Но, увы, он доносился с севера – снова шел порожняк. Шубин пропустил его и снова принялся ждать. И вот донесся столь желанный стук колес состава, шедшего с юга, со стороны Котельниково.
– Приготовиться! – скомандовал разведчик.
Поезд подходил все ближе, ближе…Он ехал совсем не так, как состав с порожними вагонами – он ехал медленно, тяжело. Видимо, вагоны загружены под завязку. Вот паровоз накатил на место, где под рельсы была заложена взрывчатка…
– Давай! – крикнул Шубин.
Семен Пархоменко крутанул ручку взрывного устройства, и тут же над равниной разнесся грохот. Полотно дороги вздыбилось, сбрасывая с себя паровоз с идущими вслед за ним вагонами. Вслед за вагонами туда же, под откос, отправились и следовавшие за вагонами платформы с танками и самоходными орудиями. Шубин насчитал не менее двенадцати танков, превращенных в груду лома. Гора искореженного железа возле полотна росла все выше и выше, наконец оставшиеся на рельсах вагоны остановились. Из них посыпались солдаты, побежали вперед, к голове состава; послышались крики раненых, возгласы командиров.
– Отходим! – скомандовал Шубин.
Он вместе с саперами отошел к месту, где находилась остальная группа. А затем уже все вместе они двинулись на север, в сторону Выпасной. Но едва разведчики начали движение, как сзади, с полотна, донеслись крики, а затем прозвучали выстрелы – было ясно, что немцы заметили диверсантов. Прозвучала еще одна команда, и группа немцев, отделившись от остальных, направилась в погоню за советскими солдатами.
– Рустам, возьми троих бойцов и прикрой наш отход, – скомандовал Шубин. – Только зря не рискуйте. Мы сейчас свернем на юго-восток и пойдем прочь от дороги. И вы за нами отходите.
