Исаак был этим весьма потрясен и расстроен, как и идеей (занимающей многих, кто боится фантазий), что психоанализ может свести с ума. Фактически, развитие у Исаака невротических навязчивых идей такого сорта — знак психического прогресса, потому что доселе бессознательные фантазии и импульсы начинают достигать сознания и заставляют Исаака думать дальше об их значении и отношении к его проблемам.
Исаак: И Вы сказали, что я хочу усвоить нечто, но еще не знаю что, и поэтому оно принимает такую неприемлемую форму.
ДжМ: Может быть, экскременты как-то связаны с идеей могучих фекалий Вашего отца?
Для меня важно вернуться к элементам инфантильной сексуальной теории и сырому материалу невротической фантазии.
Исаак: Ха! Может от этого и схлопывается мой пищевод, правда? Заставляет вспомнить о тех временах, когда я просто не мог перестать есть. И у меня еще сумасшедшая идея, о которой я никогда не говорил. Когда я смотрю на определенных мужчин, что я мог бы внезапно подскочить к ним и поцеловать в губы. Ужас! Тут ничего общего с желанием поцеловать женщину, — это чудесно, это возбуждает, а вот то — ужасно. Словно я хочу напасть на мужчину. Прямо как обжорство какое-то. Слушайте, меня тошнит от этих идей!
Зональная путаница и повседневные дурные привычки (чрезмерное курение, выпивка и т.п.) играют роль способов разрядки и позволяют тем самым избежать нежелательных идей и болезненных аффектов. «Булимическая» фантазия Исаака о пожирании мужчины или его пениса вызывает у него тошноту.
Исаак: Я ведь не гомосексуалист, нет?
ДжМ: Вы не хотите сделать поправку на маленького мальчика внутри Вас, который восхищался своим отцом и просто хотел узнать, как можно вобрать в себя его силу и мужественность. Съесть его экскременты? Укусить его в рот? Проглотить его? Может быть, это что-то вроде съедания львиного сердца у первобытных людей?
Исаак: У меня безумная мысль: может быть, я хочу съесть мужской половой орган? Помните, в прошлом году, когда у меня были волнующие мысли о половом органе матери и о том, чтобы туда забраться? Когда Вы спросили меня, что бы я там увидел [я ожидала, что он скажет — «детей»!], я сказал, ну, это была идея, что я найду там экскременты. Но я не понимаю, как совместить эти две идеи.
Здесь, кажется, базовой фантазией является проблема совмещения отцовских и материнских экскрементов, в качестве регрессивной замены гениталий. Фактически, у Исаака все еще проблемы с совмещением двух родителей на любом уровне, но особенно на уровне детской догенитальной фантазии. Однако важное продвижение в том, что прежде архаичная и непредставимая путаница отношений между двумя телами теперь связана с этими частичными объектными репрезентациями и вмещена в них. Исаак теперь может отличить страх быть задушенным в материнском теле от страха, что в него проникнет отцовский орган. То, что Бион (Bion, 1962b) описал бы как «бета-элементы», теперь стало «альфа-элементами», элементами вербальных мыслительных процессов, и они позволяют Исааку открывать то, что любой ребенок, начиная с младенчества, хочет открыть: источники удовольствия и способы контроля над ними. Таким образом, Исаак начинает по кусочкам складывать свои забытые детские сексуальные теории.
ДжМ: Как будто укрепившись от отцовского пениса-и-фекалий, Вы можете теперь безопасно приблизиться к материнскому нутру и фекалиям?
Исаак: Это неожиданно мне показалось эротичной идеей. Ой-е-ей! Снова у меня растет чувство, что не могу дышать. Прямо словно задыхаюсь, захлебнулся внутри матери. Какая страшная сессия! К чему это все?
ДжМ: Маленький ребенок в Вас, который хотел заниматься любовью с матерью, хотел забраться прямо внутрь нее, как Вы об этом сказали, и таким образом хотел быть как мужчина, кажется, перепугался, потому что подумал, что рядом нет мужчины. В ней нет никакого хорошего пениса — безграничная пропасть. Вы могли утонуть в ее фекалиях.
Следует отметить, что фекалии в это время уже мыслятся как внутренность материнского тела, хорошая и опасная, тогда как раньше эти две фантазии сливались.
Исаак: (дышит тяжело, со свистом) Любить ее — это меня до смерти доводит.
ДжМ: Ну, желание отцовского жала-пениса, даже если Вы его боялись, могло бы помочь Вам встретиться с опасными вещами внутри матери и не утонуть.
Исаак: Какая ужасная сессия!
