– В период между десятью часами вечера и шестью часами утра охраннику строго запрещается покидать пост у входа на первом этаже и делать обходы здания. В случае возникновения чрезвычайной ситуации охраннику надлежит немедленно вызвать помощь по телефону и дожидаться ее прибытия на посту… – продекламировал я.
– Молодец, – похвалил напарник. – В твоих интересах четко следовать инструкциям и не шляться по зданию в ночные часы. Целее будешь.
Пару секунд он молчал, затем продолжил:
– Это здание построил в конце девятнадцатого века барон фон Люфтерн, обрусевший немец. С тех пор его так и зовут – дом фон Люфтерна. Помимо сурового нрава и множества полезных знакомств, немец имел склонность к не самым обычным занятиям. Например, не скрываясь, практиковал оккультизм. А про его кровавые оргии и вовсе ходили легенды. Но настоящий размах его «подвигов» вскрылся только после смерти барона, когда в доме обнаружили кости как минимум трех сотен человек. Это перед самой революцией было. Пару десятилетий здание пустовало, потом его начали использовать как склад для нужд партии. А после развала Союза и по сей день здесь находится музей истории и этнографии.
– И как все это связано с запретом гулять по музею в ночные часы? – поинтересовался я.
– Очень прямо связано. Уж не знаю, что именно практиковал чертов немец, но в здании ночью частенько что-то происходит. То стуки слышатся, то шаги, то плач. Но чаще всего крики. Собственно, первый пункт и создали для того, чтобы охранники, услышав крик или плач, не бежали сломя голову неизвестно куда. Если звук одиночный и больше не повторяется – это точно приманка. Если нет, то проверять все равно нельзя. Вызываешь полицию и ждешь.
– А что будет, если все-таки пойти и проверить?
– Плохо тебе будет, вот что, – покачал головой напарник. – Уж сколько в этом доме людей сгинуло, и при бароне, да и после его смерти… Вот был недавно случай. Ночь, охранник на посту книгу читает. Вдруг слышит – на втором этаже грохот. Такой, будто экспонат упал. Тот мужик был опытным охранником, больше десяти лет в этом здании отпахал и первый пункт знал хорошо. Но в тот раз решил инструкциями пренебречь и, подхватив фонарь, пошел на второй этаж… Там его и обнаружили, уже утром. И уже без головы. Кто-то мастерски отсек ее топором, да и унес с собой. Голову, кстати, так и не нашли.
Я с трудом сдержал улыбку, не желая лишний раз обидеть напарника. Но, видимо, искорки в глазах меня выдали.
– Не веришь? – с ехидцей спросил он.
– История, конечно, интересная, – признался я. – Но я вообще в мистику не верю.
– Эх, молодо-зелено… А если я скажу тебе, что этот случай произошел с твоим предшественником? – тем же ехидным тоном продолжал напарник.
Мое веселье мигом прошло.
– Мой предшественник погиб?
– Именно. А на его место взяли тебя.
Это было неприятной новостью. Подумав, я спросил:
– Из-за этого мы теперь дежурим по двое, да?
Напарник, казалось, искренне удивился:
– А с чего ты взял, что по двое?
После секундной паузы он громко расхохотался.
По-прежнему смеясь, его голова медленно отвалилась от тела.