Скотт объяснил, что человек, к которому он ее отправлял, владел телефоном с камерой семнадцать лет назад, еще до того, как они стали популярны. Гости на вечеринках и не догадывались о существовании такого гаджета.
– Не знаю, фотографировал он их с целью шантажа или просто подстраховывался. Может, полагал, что, если его когда-нибудь поймают и заставят отвечать за проделки с девушками, влиятельные персоны из фотоархива его отмажут.
– Почему ты думаешь, что фотографии все еще у него?
– Как я уже сказал, они, вероятно, были гарантией его безопасности. Фотки у него, не сомневайся.
– И с чего вдруг я должна за ними ехать? – спросила Фрейя. – Почему бы тебе не получить их и не прислать мне?
– Тебе же нужны доказательства, а это самый быстрый способ их добыть. И не волнуйся, он отдаст снимки. Если скажешь ему, что ты от меня, он сделает все, что попросишь.
Фрейя перечитала это сообщение несколько раз. Она уже смирилась с тем, что Скотт Коннелли – это псевдоним, но, если Скотт рассчитывал, что его имя откроет все двери, как перед апостолом Павлом, скорее всего он ошибался.
По мере того, как она продвигалась дальше на восток, туман все сильнее заволакивал пейзаж. Фермерские угодья, простиравшиеся по обе стороны от нее, растворялись в серой мути. Фрейя добралась до узкого перешейка, соединяющего Мейнленд с Дирнессом; спокойные воды залива Святого Петра омывали шоссе с одной стороны, дюны пляжа Дингишоу возвышались с другой, прежде чем дорога снова поднималась в гору. Она проехала мимо деревушки без указателя с названием. Почта, несколько маленьких домиков. В самом конце, перед тем как дорога снова вывела на открытую местность, Фрейя заметила автомастерскую.
Она сбросила скорость, но продолжила двигаться вперед. Для начала она хотела хорошенько осмотреть это место. Возле мастерской были припаркованы два автомобиля, а открытые рулонные двери позволяли заглянуть внутрь, и Фрейя смогла увидеть еще одну машину, стоящую на подъемнике. Хозяйство было небольшое – единственный бензонасос, несколько покрышек на переднем дворе. Примерно в минуте езды от деревни она свернула на обочину и попыталась собраться с мыслями, обдумать, что сказать.
– Так почему же это рискованно? – спросила она в переписке со Скоттом.
– Пол – двоюродный брат Джейсона Миллера. Вся эта семейка – сборище мерзких ублюдков. Но не ведись на его уловки, это все показуха.
Слова Скотта не вселили в нее уверенности. Но и не убавили решимости. Дело представлялось куда более серьезным, чем ее вражда с Джилл или желание вернуться к работе над этой историей. Никто не слушал женщин, которые поначалу забили тревогу по поводу поведения врача из Партика. Никто не прислушался к женщинам, выступившим против Дэмиена Барбера. Никто, черт возьми, никого не слушал, вот почему это происходило снова, снова и снова. Фрейя чувствовала, что подвела Амару Чудхри и других женщин, чьи жизни исковеркал Дэмиен Барбер, и это до сих пор разрывало ей душу. Если Скотт говорил правду, Фрейя не собиралась сдаваться.
– А что, если он раскроет мой блеф? – написала она перед отъездом. – Что, если спросит, откуда я тебя знаю, как ты выглядишь? Я ведь ничего о тебе не знаю.
– Он не спросит.
– Ну а вдруг?
– Тогда скажи ему, что я – тощий кареглазый блондин ростом пять футов десять дюймов. Этого будет достаточно, но тебе это не понадобится – как только назовешь мое имя, он сделает то, о чем ты просишь. Доверься мне!![52]
Фрейя полагала, что у нее нет другого выбора.
Из-за тумана она едва могла разглядеть гараж в зеркале заднего вида. Дорога выглядела пустынной – ни машин, ни людей, никого, кто рискнул бы идти пешком в такую погоду. Стояла тишина, дымка поглощала все звуки настолько сильно, что Фрейя слышала звон в ушах.
Прежде чем самообладание покинуло ее, она включила передачу и развернулась на дороге. Возвратившись в деревню, она припарковалась во дворе мастерской и, выходя из машины, услышала по радио старую песню из ее университетских дней, название которой никак не могла вспомнить. Единственный звук на много миль вокруг. Впереди справа на подъемнике все так же стояла машина, но под днищем никто не работал. От густого запаха моторного масла защипало в горле и закружилась голова. Фрейя подготовила вступительные слова, но звуки радио, зловоние металла и выхлопных газов заволакивали мозг, как туман застилал окружающий пейзаж.
– Чем могу помочь?
Она повернулась. Слева от нее небольшая часть мастерской была отгорожена, отведенная под кабинет. В дверном проеме стоял высокий худой мужчина с густыми черными волосами, в руках он держал кружку, от которой в холодный воздух поднимался пар. На вид лет тридцати с небольшим, он вполне мог быть одним из школьных друзей Лиама, хотя морщинки в уголках глаз подсказывали, что до сих пор жизнь его не баловала. И сами глаза – светло-голубые, почти прозрачные – напомнили Фрейе глаза Джейсона. Когда их взгляды встретились, по ее телу пробежала крупная дрожь. Не в силах выдержать зрительный контакт, она отвела взгляд.
– Я ищу Пола Томсона.
– Тебе повезло, ты его нашла.
