– Нет. Тут тропа, – ответил Шубин. – Но все равно будьте осторожны и смотрите под ноги. С тропы в сторону не сходить. Всем ясно?
– Ясно, чего неясного-то, – ответил за всех Лесовский.
– Тогда идем, – скомандовал Глеб и сказал, обращаясь к Ганне: – Веди, Сусанина.
Кто-то из бойцов рассмеялся. Но Ганна не поняла, что имел в виду Глеб, и сказала:
– Швайко, мое призвыще. По-чоловикови.
– А Степанида Швайко с хутора Острова не родичка тоби? – поинтересовался Микола.
– Ни, не ридня, – уверенно ответила женщина, неторопливо шагая по чавкающей под ногами болотной жиже.
– А у брата твоего как фамилия? – спросил Шубин.
– Оленич вин. Звуть Герась.
– Герасим, значит.
– Ага, – согласно поддакнула Ганна.
Дальше шли уже без разговоров, сосредоточенно глядя под ноги впереди идущим и стараясь идти след в след. Воды в этом месте было не так много – она доходила только до середины голенища, да и под ногами чувствовалась довольно твердая почва. Луна, которая потеряла только одну четверть своего бока, светила довольно ярко, что было на руку отряду.
Через полчаса вышли на довольно большой островок, поросший березками и кустарником. И тут-то Ганна остановилась и, всплеснув руками, сказала, оглядываясь:
– Ось бида! Забула, куды дали вид цього остривця згорнуты треба.
– Вспоминай шустрее, куда дальше сворачивать, – Шубин как бы невзначай снял с одного плеча автомат и перевесил его на другое.
Ганна, стоявшая рядом с ним, намек поняла и, закусив губу, стала осматриваться.
– Сдаеться мени, туды треба йти, – указала она на едва заметную в густом подлеске тропку. – Треба б мени сходыты и перевирыты дорогу, щоб потим всим назад ни повертатыся.
– Ну раз надо проверить, то сходи, – позволил Шубин, но сам так пристально смотрел на Ганну, что той стало не по себе от его взгляда.
– Я швыдко, – заверила она и белозубо улыбнулась, давая понять, что будет все нормально. – Тилькы гляну и назад.
Миновала секунда, и женщина скрылась в густых зарослях кустарника. Шла она очень уж уверенно в якобы незнакомом направлении, и это не понравилось Шубину.
– Микола, иди за ней, – подтолкнул он Яценюка к кустам. – Но так, чтобы никто тебя не слышал.
– Я мигом, – прошептал Микола и тихо, словно тень, скользнул следом за женщиной.
– Вот кого в разведку надо, – в восхищении покачал головой Котин, подходя к Шубину.
– Он сейчас в своей стихии, поэтому лучше его с этим заданием никто не справится, – сказал Глеб. – А вот, скажем, в другой обстановке – в городе или в горах, или в каком другом месте, но не в лесу – он может и растеряться. Так что пускай уж и дальше остается самым лучшим радистом при штабе группы, чем самым недотепистым разведчиком в твоем подразделении.
Говорил Глеб тихо, наклонившись к самому уху Котина, чтобы, если вдруг кто-то окажется поблизости, не смог их услышать. Остальные бойцы молчали. Они понимали, что в ночной тиши, да еще и на болоте, звуки раздаются куда как громче и отчетливей, чем в обычном лесу.
Прошло около пяти минут, но всем показалось, что целый час. Глеб начал нервничать и еще больше прислушиваться к ночным шорохам. Но слышны были только редкие вскрики болотных птиц, кваканье лягушек, да иногда лопались с глухим звуком газовые пузыри на поверхности болота.
Наконец ветки кустарника раздвинулись, и к бойцам вышел Микола. Быстро подойдя к Шубину, он зашептал:
– Погана справа, товарыщ капитан. Жинка вывела нас на бандытив. Я сам их не бачыв, але розмову чув.
– И о чем они говорили?
– Вона разповила, як мы на хутир прийшлы и як стара отруиты нас хотила. Казала, що вона обдурила нас и сюды привела. А вони нехай нас усих убьют.
– Вот гадина! – тихо выругался Котин, который стоял рядом и слышал рассказ Миколы. – А я ведь говорил, что не стоит ей доверять.
Тут кустарник зашуршал, и на прогалину торопливо вышла Ганна. Шубин и остальные навели в ее сторону автоматы, но за женщиной больше никто не появился. Видимо, бандитам нужно было какое-то время, чтобы приготовиться к бою.
– Усе в порядку, – сказала она, останавливаясь и испуганно глядя на наведенное на нее оружие. – Можна йти. Знайшла я потрибну стежку.
– Вот и хорошо, – ответил Шубин. – Только теперь я пойду вперед, а ты… Лесовский! – обернулся он и кивнул бойцу.
Тот подошел и, взяв крепко женщину за руку, отвел ее в кусты, подальше от остальных бойцов. К ним присоединился и Микола, предварительно забрав у Котина свою рацию. Остальные рассеялись по кустам, спрятались, затаились. Тихо и аккуратно ступая, чтобы под ногами не хрустнула случайная ветка, Шубин и еще двое – Жуляба и Энтин – двинулись вперед в том направлении, откуда пришла Ганна.
Женщина, догадавшись, что ее разоблачили, попыталась вырваться из крепких рук Лесовского. Но тот мало того, что удержал ее, обняв за талию и прижав к себе спиной, еще и быстро закрыл ей рот ладонью, чтобы она не вздумала кричать, предупреждая бандитов. Ганна, поняв всю бесполезность своих попыток вырваться, затихла. Микола видел, как она испуганно смотрела в сторону кустов, в которых скрылись Шубин и двое разведчиков.
