Следом за ним сняли каски и остальные бойцы. Микола встал и, подойдя к Глебу, сказал:
– Зизналася вона перед смертю. У ней и правда брат в партызанах.
«Вот так, – думал Шубин. – Так оно на войне и бывает – тебя предают, а ты жалеешь своего врага и прощаешь его. Потому как враг этот вовсе и не должен быть тебе врагом, а вот так все складывается. Все смешалось. И где свои, а где чужие – сразу уже и не поймешь. Вот и Ганна не пошла с братом в отряд, осталась с любимым мужем. А эта любовь оказалась для нее гибельной».
– Надо бы ее похоронить, – вздохнул Лесовский.
– Надо бы, да времени у нас нет, – хмуро отозвался Шубин. – Да и чем копать могилу будем? Идемте. Пусть так лежит. Ветками прикроем только.
Разведчики отнесли тело Ганны в небольшую яму, которая образовалась под корнями упавшего от старости и уже полусгнившего дерева, положили туда и забросали нарезанными ветками.
– Надо нам как-то теперь выходить из этого болота, – сказал Котин, осматриваясь. – Назад пойдем?
Глеб посмотрел на Миколу:
– Что скажешь?
– Думаю, треба спробуваты йти дали через болото. Ганна казала, що треба йти дали.
Шубин кивнул и попросил Котина:
– Достань карту, сверимся.
Они вместе несколько минут изучали карту и пришли к выводу, что через болото в любом случае путь будет короче до того места, куда они направлялись.
– В обход идти – часа на три дольше получится, – сделал вывод Котин.
– Значит, надо искать тропу, которая ведет с этого острова. Чем и предлагаю всем заняться, – решительно заявил Глеб и первым направился в ту сторону, из которой на них вышли бандиты.
Минуты через две вышли на еще одну небольшую прогалину. Здесь бойцы наткнулись на два «схрона», которые даже не были ничем прикрыты. Видать, бандеровцы торопились и потому не стали прятать свои убежища, полагая, что легко расправятся с отрядом разведчиков. А больше на островке и не было никого, кто мог представлять какую-то опасность для них и от кого им надо было хорониться в земле. Разведчики спустились и осмотрели ямы. Уходили, прихватив с собой три немецких «шмайсера» – МР40 и пару подсумков с магазинами к ним.
Тропа отыскалась на удивление быстро. Микола ее и заметил.
– Дывытыся, товарыщ капитан, – показал он на чистую от болотной ряски дорожку воды, отходящую от островка вглубь болота. Вдоль дорожки рос густой кустарник. – Ось вона, стежка.
– Веди, Микола, – приказал Шубин. – Я – за тобой, остальные – следом…
Два часа ушло у отряда, чтобы пересечь болотистую местность и выйти на твердую землю. Не обошлось и без инцидента. В какой-то момент Жуляба, который шел впереди в качестве дозорного, услышал всплеск и испуганное восклицание у себя за спиной. Он оглянулся и, не увидев Алексея на тропе, начал осматриваться. И хорошо, что вовремя заметил торчавшие из воды рядом с тропой ноги и руки парня. Оказалось, Алексей Делягин, который шел последним в цепочке, то ли от усталости, то ли нанюхавшись болотного газа, неожиданно начал засыпать на ходу и, соскользнув с тропы, опрокинулся спиной в вонючую болотную жижу. Ему повезло, и он успел отделаться только испугом да двумя глотками грязной воды. Жуляба быстро, словно редиску из земли, выдернул его и поставил на ноги.
– Чего это ты, Леша, надумал грязевые ванны не вовремя принимать? – насмешливо спросил он, когда Делягин, откашлявшись и отплевавшись, стал осматривать себя. – Нашел время следить за своим здоровьем. Вот закончим войну, поедешь отдыхать куда-нибудь в Крым, в санаторий. Там и принимай грязевые ванны сколько душе угодно.
– Тебе бы только зубы скалить, Жуляба, а я чуть не утонул, – сердито посмотрел на него Алексей. – Мало, что я теперь на черта похож, так еще и автомат и вещмешок в грязи извозил.
– Так кто же в том виноват, как не ты сам? А мне мог бы и спасибо сказать. Не вытяни я тебя как морковку из этой грязи, так и вовсе бы потонул. Тогда и сетовать на свою неосторожность было бы теперь некому, – обиделся на него Жуляба.
– Спасибо, – произнес Делягин, явно устыдившись своих несправедливых обвинений. – Заснул я нечаянно, – признался он, – вот и свалился…
– Бывает, – посочувствовал Жуляба, которому тоже смертельно хотелось спать. – Пойдем остальных догонять. Иди вперед, а я за тобой. Буду тебя в спину толкать, чтобы снова не уснул.
– Так уже не усну, весь сон как рукой сняло! – проворчал Делягин, стряхивая грязь с вещмешка и аккуратно обходя на тропе Жулябу.
Добравшись до сухого места, все повалились на землю. Две бессонные ночи и длинный переход сказывались на бойцах не лучшим образом.
– До рассвета всем отдыхать, – приказал Шубин и первым снял с себя вещмешок, автомат и рацию, которую он нес за Яценюка. – Ты и ты – в дозор, – велел он Торопову и Тетерину. Через час вас сменят. – Он помолчал немного и добавил: – Идти, я так думаю, недалеко осталось. Километров пять, не больше. Если летчик жив, мы его по-любому найдем.
– А если немцы раньше нас его нашли? – спросил Воронин.
