– Кто хочет есть, ешьте на ходу, – сказал Глеб и, не дожидаясь ответа или возражений, направился к кустарнику, из которого давеча выскакивали заяц и волк. Вспомнив о ночной погоне, он грустно улыбнулся и подумал, что и тут, в лесу, не прекращается война. Война на выживание. Или волк умрет с голоду, не добыв себе пропитания, или заяц умрет, попав в пасть хищника…
Есть отказались, и бойцы пошли за своим командиром, на ходу отгоняя остатки сна и входя в ритм быстрой, но осторожной ходьбы, присущей разведчику. Уже через полчаса шаг Шубина, который шел на несколько метров впереди отряда, несколько замедлился и стал более осторожным. Он часто останавливался и знаком давал знать, чтобы и остальные замирали на месте. А когда убеждался, что вокруг него, кроме пения птиц и шороха листьев на дереве, ничего не слышно, шел дальше.
– Еще пара километров, и будем на месте, – остановившись в очередной раз и подозвав к себе Котина, тихо сказал Глеб. – Предупреди остальных, чтобы они даже шепотом не вздумали разговаривать. А то я слышал пару раз, как кто-то переговаривается за моей спиной.
– Ну и слух у тебя, – покачал головой Котин. – Это я чуть не на ухо Делягину выговаривал за его неосторожность. Топает как слон.
– Молодой он еще, потому и топает. Сколько ему? Лет двадцать, не больше. Не умеет он пока еще правильно двигаться, как положено разведчику. В первый раз идет?
– В первый, – вздохнул Котин и добавил: – Я бы его не взял, но он так просил! Возьмите, говорит, не подведу. Да и как научишь, если не на практике? Когда тренировались, у него все отлично получалось.
– Устали все, – понимающе кивнул Шубин. – Но это не оправдание. Или забываешь про усталость, или подводишь весь отряд – третьего тут не дано. Пусть Жуляба рядом с ним будет. Я заметил, он к этому пареньку как к младшему брату относится.
– Земляки они. Оба из Вологды, – сказал Котин и пошел выполнять приказ.
– Понятно… – вздохнул Шубин.
Он хотел было уже идти дальше, но вдруг резко остановился и насторожился, услышав справа от себя какие-то звуки. Посмотрел в ту сторону, откуда они раздавались, потом, обернувшись, махнул рукой, давая команду всем лечь. Затем сделал шаг чуть в сторону и тоже пропал, спрятавшись за ближайшим кустарником.
Через пару минут на то место, где он только что стоял, вышел старик. Он был очень старый и весь седой. Седыми были и длинные, чуть не до плеч, волосы и такая же длинная борода, и густые, нависающие над глазами брови. Одет он был в простую полотняную рубаху поверх серых мешковатых шаровар и перепоясан веревкой. За спиной старик нес плетеный короб, а в руках держал палку.
«Прямо лесовик из сказки», – пришла в голову Шубина забавная мысль, когда он его увидел.
Передвигался дед, несмотря на преклонный возраст, довольно быстро. Не успел Глеб оглянуться, как старик уже скрылся в зарослях орешника. Глеб вышел из-за кустарника и махнул рукой, подзывая к себе Котина и остальных.
– Откуда это чудо тут в лесу взялось? – тихо спросил старший лейтенант, наклонившись к уху Шубина. – Дед ходит и не оглядывается, значит, немцев поблизости нет.
– Это еще ничего не значит, – ответил Глеб. – Пойдем за стариком, там все и разузнаем. Может, он один в лесу живет, может, с кем-то еще. Надо это выяснить. Летчик-то не так и далеко от этого места приземлился. Возможно, этот лесовик что-то знает о нем или приведет нас к тем, кто знает. Я и Энтин пойдем первыми. Остальные – чуть позади. И чтобы тихо мне! Хотя мне кажется, что старик – глухой, но все-таки…
– С чего ты взял, что он глухой? – поинтересовался Котин.
Но Глеб его уже не слушал – он скрылся следом за стариком в кустарнике вместе с Энтиным. Только ветки чуть качнулись и скрыли за собой две бесшумно шагнувшие в орешник фигуры разведчиков.
Старик шел быстро, не оглядываясь по сторонам. Чтобы убедиться в своем предположении насчет его глухоты, Глеб пару раз специально наступал на сухую ветку, но старик ни разу не оглянулся, что еще больше убедило капитана в глухоте лесовика. Хотя даже если бы тот и оглянулся, то все равно никого бы не увидел – разведчики прятались то за деревьями, то за густым кустарником.
Через полчаса следом за дедом бойцы вышли к полуразвалившейся землянке. Стекол в единственном окне домика не было, оно было затянуто какой-то ситцевой, в горошек, тряпицей. На натянутой между двумя невысокими березками веревке сушилась какая-то одежда. Шубин среди всего прочего рассмотрел женскую нижнюю юбку и понял, что старик живет не один.
И не ошибся – навстречу деду из землянки вышла маленькая сгорбленная старушка. Она помогла старику снять со спины короб, открыла его и что-то из него достала. Что именно, Глебу помешала рассмотреть спина старика. Затем старик сел на низенькую лавочку возле землянки и стал разматывать лыковый шнурок, намотанный на онучи, чтобы снять лапти, в которые он и был обут. Старушка, забрав у старика лапти, поставила их сушить на солнце, а портянки развесила на веревке.
