Нежный голос, подобный тростнику во время урагана, сгибающемуся до земли, но не ломающемуся, обезоружил младшего сына Завоевателя.
– Кто ты? – скрывая свою слабость и заинтересованность, спросил он и отбросил Гектора в сторону.
Того тотчас окружили и люди, и тени, и полукровки и затащили обратно за ворота. Сам того не замечая, Никтис подошел вплотную к барьеру, и тени, стекающие с его плаща, стали заполнять улицу. Черный туман начал все поглощать, и твари Владыки ночи стали в страхе разбегаться, равно как и простые зеваки. Подле Никтиса остались только Мадар, Ортей и, к всеобщему удивлению, Кассандра.
Девушка же без страха вышла из круга людей, окружающих Гектора.
– Я служанка рода уважаемого Перия. Пожалуйста, владыка, заберите мою жизнь за дерзость, но не трогайте юного господина. – Голос девушки дрожал, но не ее решимость.
Никтис поднес руку к барьеру. Так долго он ждал этого дня лишь для того, чтобы соблазниться другим. Но та девушка… Нежные зеленые глаза – цвет, который носил весь его род, но не он сам; стройная фигура, длинные золотые локоны, напоминающие о потерянном светиле. Но глаза… Говорят, в них и прячутся демоны. Если так, то в глазах этой служанки могли спрятаться все твари ада.
– Подойди ко мне, дитя, – тихо произнес владыка.
Девушка подошла вплотную к барьеру, и Никтис почувствовал себя лисой перед виноградом. Молодая служанка остановилась. Младший сын Завоевателя попытался поторопить ее.
– Не бойся меня, – тихо прошептал он.
– Я и не боюсь, – уверенно ответила она. – Прощайте, хозяин Перий. Берегите юного господина, – бросила она, обернувшись. Гектор заметил слезы на ее лице.
– Остановись. Куда ты идешь? Вернись, я приказываю тебе! – крикнул он.
– Не надо, юный господин. Я дала слово, – произнесла девушка и шагнула за барьер.
– Не бойся меня.
Каждой своей женщине Никтис повторял эти слова, но только сейчас они были не нужны.
– Как тебя зовут? – спросил он быстро, завидев, как поднимается рассвет.
– Даная, – ответила девушка.
Никтис провел рукой по ее щеке, стерев слезы.
– Волшебное имя, – произнес он, и все тени, что были кругом, вернулись к нему.
Владыка ночи бросился черной тучей непонятно куда, оставляя свою колесницу и Львов, но попутно захватив с собой Кассандру.
«Быстрее к дому. Я должен успеть», – думал Никтис.
Спустя десяток минут все трое оказались в старом особняке. Он давно был заброшен и ночью выглядел особо ужасающе. Однако владыку это не пугало. Он свалился с неба на задний двор и принялся быстро чертить круги в воздухе. Даная и Кассандра упали, словно небрежно брошенные, но были подхвачены живой темнотой. Они обе смотрели на владыку и его отчаянные попытки кого-то призвать.
– Тебе не повезло, – с сочувствием сказала девушке Кассандра.
– Почему? – спросила она.
– Ты поселилась в сердце смерти, – ответила пророчица и вернула все свое внимание Владыке ночи. Но тот был занят.
Никтис начертал три круга и провел по каждому рукой. По очереди, с разницей в минуту, появились три Предка. Первым, как и подобает, появился Адриан. Он держал молодую девушку, еще недавно живую. Сейчас же ее алая кровь стекала с его безжизненных губ. Вторым появился Тимандр. В его руках были два меча, сам же он был изранен, но жив. Последней появилась Нилората, как обычно, в одеянии из теней. За последний год Владыка ночи виделся лишь с сестрой, и братьям это не было ведомо. Вначале же Никтис, сдержав обещание, наделил их невероятной силой, силой Тайной магии. Тимандр от нее отказался, Адриан слишком сильно жаждал, поэтому в полной мере младший сын Завоевателя открыл ее только Нилорате. Он не боялся раскрывать свои секреты. Даже если бы эти вампиры, Предки, знали все тонкости магии, то не смогли бы с ним сравниться, потому что истинная мощь и ключ к непобедимости находились в крови и силе души. И Никтис был рад, что дал своим слугам много знаний, ведь сейчас они были нужны ему в полной готовности.
– Владыка, – начал Адриан, – к чему такая спешка? Уже поднимается утро.
– Поэтому я и спешу, – ответил Никтис. – Вы должны вернуть мне долг.
– А разве мы еще должны вам? – спросила Нилората.
Ее наглость в любое другое время родила бы волну страсти в Никтисе, но сейчас он думал не о ней.
– Вы должны уберечь для меня кое-кого в сохранности, – не заметил ее слов владыка. – Эта девушка должна встретить меня ночью. Иначе много крови прольется.
Косвенная угроза насторожила вампиров, но не испугала.
– Зачем она вам? – спросил Тимандр.
– До ночи, она должна оставаться здесь до следующей ночи, – игнорируя его вопрос, сказал владыка. – Солнце поднимается! Все в дом!
Вампиры и женщины забежали внутрь, а Никтис бросился той же черной тучей в тронный зал.
– Так, значит, вы нужны ему? – спросила Нилората, глядя на девушек.
Она привыкла быть в центре внимания, и небольшая конкуренция за сердце Владыки ночи ее раздражала, но и радовала, как небольшое сражение, которое Нилората намеревалась выиграть.
– Она, – промолвила Кассандра и посмотрела в глаза женщине-вампиру, – владыке нужна только она.
Нилората так и не поняла, что это было: отчаяние или пророчество.
