Ему не нужны соперники. Ему не нужны мечи.
Раздался странный звук трескающегося металла.
– Ты не мое оружие, – сказал Майкл лежащему в окровавленных бинтах Ройсу. – Ты мой пес.
Рядом валялся сломанный меч, а ладонь парня была покрыта маленькими металлическими осколками.
«Мне надо найти Эффи», – подумал Майкл.
Опережая лучи солнца, в тронный зал ворвался Перий, за ним следовал Гектор. Он успел заметить суровое выражение лица старшего сына Завоевателя, однако это не смутило и не напугало советника.
– Хранитель! – воскликнул Перий и пал к его стопам.
– Дорогой мой советник, наверное, ты поспешил сюда, дабы поведать мне о причине улыбки моего брата, – предположил Иллион. – Прежде такое случалось, только когда он убил отца Леандра.
– Ваш брат, Хранитель, пытался похитить моего внука, Гектора. И даже не похитить – забрать грубой силой у всех на глазах!
Старший сын Завоевателя наполнился гневом, но здравый смысл не покинул его.
– Но я вижу твоего внука, что означает провал его козней. Мой меч спас его, как я понимаю?
Задавая вопрос, Владыка призвал свое оружие, и оно, засияв в руках юного полукровки, оказалось на должном месте – на поясе Иллиона.
– Да, Хранитель, но он забрал Данаю.
– Кого?
– Служанку верного рода. Ее дед вместе со мной принял вашу сторону, хотя был всего лишь слугой, а в тот день много слуг стали господами. Ее отец сражался подле почитаемого Немея и отдал жизнь, прикрывая его. Хранитель, разве просил я чего-либо для себя за все эти годы?
– Нет, Перий, потому можешь требовать что угодно.
– Я прошу, не требую, защитить справедливость. Как Хранителя дня прошу и как друга. Мой зять, Орион, пойдет со мной как названый сын, но не хочется мне, чтобы все случилось без вашего дозволения.
– Что же задумал мой братец?
– Спросите у гадалки. Вчера она проявила свою суть, приняв его сторону.
– Я предупреждал вас, – склонившись, произнес на ухо своему хозяину Немей.
– Это ничего не доказывает, – ответил и Льву, и всем присутствующим Иллион.
– Хранитель, она прилюдно призналась, что рассказала пророчество о моем внуке в день его рождения.
Немей презрительно выдохнул.
– Что ей нужно? – спросил старший сын Завоевателя, не обращая внимания на своего Льва.
– Леандр. Она просила вернуть его.
– Это невозможно! Спустя столько лет поисков? Его следов никто не находил.
– Однако ваш брат обещал явить его ровно через день. Может быть, он всегда был у него в пленении? Или потому найти его было невозможно, что Львы вашего брата уничтожали все доказательства и следы? И если даже Кассандра предала вас, то сколько еще предателей в вашей свите? Ведь дети Павших обучаются вместе с нашими детьми, а те преданы злу так же глубоко, как глубоко наивны наши отпрыски.
– Я не хочу об этом даже слышать! – воскликнул Хранитель, подобно своему отцу заставляя всех содрогнуться от ужаса. – Мы вернем твою служанку.
– Спасибо, Хранитель.
– Немей, займи свое место, я справлюсь сам.
– Но, владыка…
– Мое слово – закон. Я – закон. Неужели ты решил перечить мне?
Черты Завоевателя, как и предсказывал Немей, все сильнее и сильнее проступали в личности его старшего сына.
– Я верну девушку, но прежде хочу увидеть Кассандру, – приказал он.
– Хранитель, – отозвался Перий, – они вместе сейчас в особняке вашей матери.
– Тогда не будем терять времени.
Некогда красивейший дом города сейчас находился во власти тьмы: нежный и прекрасный сад хищно поглотил его, превратив в пугающую крепость. Однако теперь с ним творилось выходящее за рамки обычного. Никтис будто наполнил это место своей темной магией. Солнце отныне светило не над всей Селуной, ибо тьма царила над домом Риверрии, и тучи заполнили небо рядом с ним. У входа валялись железные врата, за ночь выкорчеванные напитавшимися злом корнями деревьев.
– Вы узнаете это место, Хранитель? – спросил Перий.
Стоявшие рядом люди и тени обратили внимание на то, как неохотно ответил их король.
– Да, узнаю.
Он смотрел на узоры на воротах. В детстве они казались ему живыми.
– Долго вы здесь не были?
– С того дня.
– Вы скучали?
– По дому? Нет, конечно. Это всего лишь груда камней. Гораздо важнее люди, его наполняющие, – глядя на неровную кладку забора, произнес Иллион.
Хранитель дня быстро вошел на территорию усадьбы. Ко входу в дом вела длинная дорожка, по бокам которой виднелись безжизненные цветы. Раньше все было не так. Розы благоухали, и каждый день за ними следила уйма людей. Риверрия много времени отводила саду. Иллиону это нравилось. Мать любила его, сильно, как и брата, просто за судьбу старшего отпрыска она не боялась. Она всегда думала о нем как о первом, лучшем, окруженном друзьями и почитателями. Ей он всегда виделся настоящим защитником, пока его брат где-то пропадал. По сути, со временем ничего не поменялось, только вот защищать приходилось уже от младшего брата.
Спустя минуту Хранитель дня оказался около распахнутой широкой и высокой входной двери, ведущей в огромный дом, однако свет не проникал внутрь. Темная пелена закрывала дом, и недоброй казалась эта темень.
