Французский средиземноморский флот был выведен из состава командования НАТО и приступил к созданию бомбы. В то время шутили, что лучшее, на что может претендовать Франция, - это бомбинетта, однако первое атомное устройство, взорванное в Сахаре в феврале 1960 года, было достаточно драматичным и означало решимость Франции добиться ядерной независимости. Это желание укрепилось после взрыва первой советской бомбы в 1949 году, который привел к пугающей перспективе того, что Вашингтон задумается об уничтожении Западной Европы, чтобы защитить американскую землю. Как утверждает Джулиан Джексон, последующий сдвиг в американской стратегической политике от "массированного возмездия" к "гибкому реагированию" был, в глазах де Голля, еще одним доказательством ненадежности США и, похоже, поддерживал все более жесткую линию, которую он занял по отношению к американцам.67 Его вето на вступление Великобритании в ЕЭС в 1963 году было отчасти вызвано его раздражением по поводу англо-американского сотрудничества по Поларису. На той же конференции он отклонил предложение президента Кеннеди о создании Многосторонних ядерных сил (MLF), предусматривающих трехстороннее сотрудничество между Лондоном, Парижем и Вашингтоном, на том основании, что Франция никогда не позволит другим иметь право голоса в вопросе использования ее оружия, что отличалось от его позиции в 1958 году, когда он отчаянно пытался стать частью ядерного клуба.
Разработав бомбардировщики Mirage и подводную лодку Redoubtable, Франция в 1960-х годах продолжила развивать свой ядерный потенциал, и когда ей возражали, что это огромная трата бюджетных средств и они никогда не смогут быть такими же многочисленными, как у сверхдержав, ответ был один: учитывая разрушительный потенциал этого оружия, в ядерной войне французские force de frappe были таким же сдерживающим фактором, как и американский арсенал, который вполне мог пожертвовать европейской землей для защиты американских городов. Именно это стремление к независимости привело к тому, что в марте 1966 года Франция вышла из интегрированной командной структуры НАТО, что и было сделано годом позже. Тем временем Франция пыталась утвердить свою независимость от США в других сферах. В 1963 году правительство пыталось предотвратить поглощение General Electric французской компьютерной фирмы Bull - лишь одно из многих американо-французских приобретений того времени; в финансовых делах де Голль приказал Банку Франции создать огромные золотые резервы для борьбы с долларом янки, который выступал в качестве международной резервной валюты; французское официальное руководство не одобряло американизацию национальной жизни. Как пишет Ричард Кюзель, "де Голль был уникальным среди западноевропейских стран, сопротивляясь американским инвестициям в 1960-е годы".68 Чтобы добавить оскорбление к травме, де Голль предпринял ряд внешнеполитических инициатив, которые явно раздражали Вашингтон. Историки (например, Джексон) приводят знакомый список провокаций. В 1964 году он признал Китайскую Народную Республику; в том же году в Латинской Америке он осудил влияние США; в 1966 году он осудил эскалацию войны во Вьетнаме; в 1967 году он сделал свою знаменитую декларацию в Канаде; а на Ближнем Востоке он поддержал арабские государства в противовес Израилю, в 1967 году выразив симпатии Египту в Шестидневной войне, а в 1969 году продав оружие военному режиму, недавно созданному в результате государственного переворота полковника Кадаффи в Ливии.
Хотя этот кажущийся антиамериканизм часто находил отклик у французской публики, которая по-прежнему относилась к США неоднозначно - книга Жан-Жака Серван-Шрейбера Le Defi Americain 1967 года стала большим бестселлером, - многим сторонним наблюдателям он казался бесполезной политикой, которая превращала Францию в сложного игрока на международной арене. Несомненно, эта политика принесла в жертву добрую волю американцев и лишила французские фирмы столь необходимых им американских инвестиций, которые просто ушли в другие страны. Однако следует признать, что у неповиновения де Голля были свои пределы. Франция принадлежала к свободному миру и оставалась частью альянса НАТО, в котором она была обязана защищать своих коллег в случае нападения на них. В критические моменты, например, когда русские возвели Берлинскую стену в 1961 году и угрожали разместить ракеты на кубинской земле, тем самым угрожая мировой войной, де Голль твердо стоял рядом с Кеннеди, человеком, которым он восхищался. Его преемник Джонсон был отвергнут как радикал Третьей и Четвертой республик - "ковбой-радикал".69