– Ну, согрелись? Бежим эстафету. Та-ак. Сегодня разделимся просто по росту. С Логинова до… Герасимова – команда номер один, «Дяди Стёпы», с Корнеева до Абдукадырова – команда номер два, «Мальчики-с-пальчики».
Ну все, физрука понесло, он сегодня в ударе.
– Та-ак! Делим прекрасный пол. С Киселёвой по Ростовцеву – команда номер один, «Каланчи».
Вероника фыркнула:
– Тогда уж «Модели».
– С Кузнецовой и до конца – команда номер два, «Коротышки», а, нет, простите, лучше «Дюймовочки».
– Вы можете делить нас на команды как угодно, но вы не имеете права нас оскорблять! – подал голос Илья Корнеев.
И он прав, конечно. Как это называется – расизм, сексизм, эйджизм? – нет, все не то. Но физрука нашего такими разговорами не пробьешь. Он уже тридцать лет в школе работает – всё с такими вот шуточками, он слово «политкорректность», подозреваю, вообще не слышал.
– Разговорчики отставить! Та-ак. Лэдиз фёрст. Прошу.
Нужно было обежать расставленные конусы, коснуться дальней стены зала, пробежать обратно уже просто так, ничего не обегая, и передать палочку. Мы с Машей попали в разные команды, Оля с Наташей тоже.
Я встала в конце «Дюймовочек». Мне казалось, в животе у меня закручивается водоворот, как в ванной, когда вода уже почти вылилась. Не люблю я, когда результат считают команде, это ерунда, конечно, но сразу боишься всех подвести и все такое. Первой бежала Соня, она маленькая, но очень быстрая. Лена тоже пробежала хорошо, очень спортивно, а потом раскланялась и помахала рукой зрителям. Вот если б я так сделала, то чувствовала бы себя дура дурой, а у нее это так естественно получается. Оля выронила палочку, и мы отстали. Да, бегать – это не ее. Но потом у «Каланчей» Маргоша опрокинула конус. У Маши на бегу распустился ее дурацкий пучок, но она молодец, не стала останавливаться, так и добежала. Все-таки с волосами ей гораздо лучше, чем с этой шишкой на голове. Остались мы с Вероникой, кажется, у меня нет шансов! Я решила не смотреть на нее, а то еще свалю конус. Я уже обошла третий, и тут Ефремов крикнул:
– Ди-на! Ди-на!
Его внезапно поддержал Логинов и еще несколько человек. И вся наша команда тоже спохватилась и стала кричать:
– Ди-на! Ди-на!
Я не думала, что это правда так помогает! Но факт! Я хлопнула рукой по стене зала, пока Вероника еще обходила последний конус.
Ее команда тоже опомнилась и стала кричать:
– Ве-ра! Ве-ра!
Но что мне до их команды? Главное – Логинов, Логинов выкрикивает мое имя! Я бежала – как летела. Я сама не знала, что могу так. Только бы не упасть!
Всё! Мы выиграли! Обошли на целых две секунды! Оля показала мне два больших пальца. Соня прыгала и кричала:
– Дина, ты монстр!
Даже спортивная Лена одобрительно улыбнулась. Я упала на скамейку и пыталась отдышаться.
Потом бежали мальчишки, и мы за них болели. У них победили «Дяди Стёпы». А я успела опять замерзнуть.
В раздевалке тоже была холодина. Я скорее сбросила футболку и стала искать свою водолазку. Она почему-то валялась в углу за скамейками. Пока я ее отряхивала и натягивала, Вероника плюхнулась на мое место, свалила на пол футболку и встала на нее кроссовками. Вот коза! Вообще вокруг себя ничего не замечает.
– Вер, осторожней, ты на моей футболке стоишь! – завопила я.
– Ой, прости! – Вероника театрально всплеснула руками. – Где?
Тут она стала вытирать ноги о мою футболку.
– Да блин! – я бросилась к ней.
– Эта, что ли? – Не успела я добежать, как Вероника ловко отфутболила ее Маргоше.
Я поняла, что она нарочно, и изменила курс, но Маргоша, состроив гримаску, отшвырнула мою футболку Лене:
– Фу, что это за грязная тряпка?!
– От нее воняет! – закатила глаза Лена и пульнула ее обратно Веронике. Лена, с которой мы только что были в одной команде!
Я знаю, что в таких случаях надо плевать на вещь, иначе они не прекратят, но это была моя любимая гаррипоттерская футболка. Мама ее специально где-то заказывала. Я не могла просто стоять и смотреть, как ее топчут.
– Перестаньте! – тихо сказала Оля. Кажется, ее услышала только я.
Футболка совершила круг и опять прилетела к Веронике. Она смотрела на меня с издевательским любопытством. Я знала, если дернусь, футболка пойдет на третий круг. И мне никогда и ни за что не успеть. А все сидят и тупо смотрят.
Маша в одном носке встала, просто подошла к Веронике, просто подняла с пола мою футболку и отдала ее мне. Вероника застыла с открытым ртом. Вид у нее в тот момент был невероятно глупый. Мне хотелось засунуть ее дурацкие красные волосы в ее раскрытый дурацкий рот.
– Спасибо, – я взяла у Маши футболку. Дома посмотрю, во что она превратилась, чтоб сейчас не расплакаться у всех на глазах. Меня трясло – от холода, от злости, от всего вместе. Я стала делать вид, что переобуваюсь. На самом деле просто не хотелось ни на кого смотреть. Руки тряслись, не было сил даже липучки расстегнуть. Вначале все притихли, а потом заговорили о чем-то своем, неважном, и постепенно разошлись. Маша уже переоделась, накрутила опять свой фрекенбокский пучок и смотрела на меня.
