— Представьте себе, что земля — это огромная лаборатория, где тысячи лет идут химические процессы. Горячая вода поднимается из глубин, встречается с холодными породами, и происходят реакции. В результате образуются новые минералы, в том числе и руды.
Ломоносов внимательно слушал, время от времени задавая вопросы.
— А как вы определяете, где проходили эти горячие воды?
— По изменениям в породах. Там, где прошла горячая вода, камни меняют цвет, структуру, состав. Зная эти признаки, можно проследить путь растворов и найти места, где они отложили металлы.
— Логично, — кивнул Ломоносов. — А можете показать это на примере?
Антон достал из сумки образцы пород, которые привез с Урала.
— Вот этот камень — кварц с пиритом. Видите золотистые вкрапления? Это железный колчедан. Он образуется в тех же условиях, что и медная руда. Найдя такой камень, я знаю, что где-то рядом должна быть медь.
Ломоносов взял образец, внимательно изучил его через увеличительное стекло.
— Замечательно! А этот?
— Это измененный гранит. Видите, как он стал зеленоватым? Это говорит о том, что через него проходили растворы, содержащие медь. Следуя по таким изменениям, можно дойти до рудной жилы.
— Великолепно! Вы превращаете поиск руд из случайного дела в настоящую науку. Это именно то, что нужно России.
Разговор продолжался больше двух часов. Ломоносов расспрашивал Антона о методах изучения пород, о признаках различных руд, о способах их добычи и переработки. Антон отвечал осторожно, стараясь не выходить за рамки знаний, которые могли быть доступны человеку XVIII века.
— Скажите, Антон Кузьмич, — спросил наконец Ломоносов, — а откуда у вас такие познания? Кто вас учил?
— Учился у разных мастеров, Михаил Васильевич. Отец мой был рудознатцем, возил меня с собой с детства. Потом в Москве немец один объяснил мне многое о химии и минералах. Ну и сам наблюдал, размышлял.
— Понятно. А что вы думаете о перспективах горного дела в России?
— Думаю, что мы только начинаем понимать богатства нашей земли. На Урале можно найти почти все металлы, которые есть в мире. Но нужны люди, которые умеют их искать и добывать.
— Согласен. Именно поэтому ваш приезд в Петербург так важен. Нам нужно создать школу горного дела, подготовить специалистов.
— Я готов помочь в этом деле.
— Отлично. Тогда завтра на официальном приеме в Академии расскажите то же самое, что рассказывали мне. Только помните — там будут не только ученые, но и чиновники. Некоторые из них могут отнестись к вашим идеям с подозрением.
— Почему?
— Потому что новые знания меняют привычный порядок вещей. А чиновники не любят перемен.
Официальный прием в Академии наук состоялся на следующий день. Антон явился туда в новом кафтане, с образцами пород и рукописными записками, в которых изложил основы своего метода.
В большом зале собралось человек тридцать. Здесь были академики, профессора, чиновники из различных ведомств, представители знатных семей, интересующихся науками. Антон увидел среди них Ломоносова, который ободряюще кивнул ему.
Президент Академии, граф Кирилл Григорьевич Разумовский, представил Антона собравшимся.
— Господа, представляю вам Антона Кузьмича Глебова, рудознатца, который достиг замечательных успехов в деле поиска полезных ископаемых на Урале. По рекомендации Никиты Акинфиевича Демидова он прибыл в Петербург, чтобы поделиться своими знаниями.
Антон поклонился и начал свой доклад. Он рассказывал о том же, что и Ломоносову, но более осторожно, избегая слишком сложных теоретических объяснений. Основной упор он сделал на практические результаты — найденные месторождения, увеличение добычи, обучение местных рабочих.
— За полгода работы на заводах господина Демидова я нашел три новых месторождения железной руды, два медных и одно золотоносное, — говорил он. — Общая стоимость найденных запасов превышает миллион рублей.
В зале послышался одобрительный гул. Миллион рублей — это были очень серьезные деньги даже для императорской казны.
— А каким образом вы находите эти месторождения? — спросил один из академиков.
— Изучаю породы, господин академик. Каждый камень может рассказать свою историю, если уметь его слушать. — Антон показал собравшимся образцы. — Вот этот кварц говорит о том, что здесь была горячая вода. А этот измененный гранит указывает направление, в котором двигались рудоносные растворы.
Вопросы следовали один за другим. Антона спрашивали о методах разведки, о способах оценки месторождений, о возможностях обучения других людей его методам. Он отвечал уверенно, демонстрируя глубокие знания и практический опыт.
Но были и скептики. Один из чиновников, представившийся статским советником Иваном Ивановичем Неплюевым, задал каверзный вопрос:
— Скажите, господин Глебов, а не используете ли вы в своих поисках какие-то... сверхъестественные методы? Не прибегаете ли к помощи... скажем так, темных сил?
В зале наступила тишина. Антон понимал, что это очень опасный момент. Обвинение в колдовстве могло стоить ему жизни.
