Идя с лопатой наперевес, как ходят в штыковую атаку, доблестный прапорщик Черноусов вплотную приблизился к фиолетовой пелене и ничтоже сумняшеся сделал выпад. Лопата, не встретив никакого сопротивления, проникла на ту сторону, но наполовину исчезла из вида, погруженная в чернильную муть, а навстречу ей высунулась точно такая же лопата. Прапорщик озадаченно хмыкнул и несколько раз повторил опыт с лопатой. Тот же результат. Потом он швырнул подобранный с земли камень и ощутимо получил по коленной чашечке вернувшимся метательным снарядом.
— Эй, кто там балует?! — грозно окликнул неведомого оппонента из зазеркалья Черноусов, потирая ушибленное колено. — Немедленно прекратите безобразие!
— Товарищ прапорщик, вы только из автомата не стреляйте! — с трудом сдерживая улыбку, посоветовал сержант Стеклов. — Это же та самая лопата, тот самый камень.
— И откуда ты только выискался такой умный? — скептически оглядывая своего подчиненного с ног до головы, спросил прапорщик. — Без тебя знаю… Держи автомат, остаёшься за старшего. А я пошел!
— Стойте, куда же вы? — окликнул его Стеклов. До сих пор сквозь преграду проникали и возвращались обратно лишь неживые объекты, к никто не знал, как повлияет переход на живое существо, даже на такое, не ведающее страха и упрека, каковым являлся прапорщик Черноусов. Но было поздно. Черноусов скрылся в зловещей фиолетовой мгле… И через миг появился снова, в целости и сохранности, такой же рыжий-конопатый.
— Странно все-таки как-то получается, — озадаченно пробормотал прапорщик, — зашел я, значит, за завесу эту, никаких ощущений, только будто ветерок прохладный овеял да глаза темнота застила. Мигнуть не успел — а вы тут как тут, стоите, разинув рты. И, главное, помню, что шел я прямо, кругом себя не поворачивался. Как же так?
— Парадокс, — со значением сказал Стеклов, поднимая вверх указательный палец.
— Парадоск… парадоск. Пара досок! Значит, так. Первый этап эксперимента считаю завершенным. Если не получается преодолеть преграду прямым путем, то нужно применить смекалку! Мы ее подкопом попробуем. Младший сержант Стеклов, рядовой Хакимов! Слушай мою команду: взять лопаты и копать яму. Ширина — два метра, глубина — в человеческий рост. А автоматик-то верните, теперь он вам без надобности… Приступайте к работе, а я здесь, сверху понаблюдаю-посторожу.
Но и подкоп не принес ничего нового в попытке преодолеть таинственную преграду — Сфера уходила под землю, не меняя своих параметров. На то она и Сфера, а не Купол.
— А теперь зарывайте яму обратно — и до дому, — остался верен своим принципам Черноусов. — Ну что же, отрицательный результат — тоже результат, — успокаивал он себя и своих подчинённых.
На следующий день на станцию пожаловала представительная делегация в составе трех человек — крепкого приземистого старика с тяжёлым взглядом стальных глаз и двух крепких парней, похожих на телохранителей. Прибившие оказались членами самопровозглашённого Комитета спасения, поначалу вели себя нагло и вызывающе, размахивали бумагами, озаглавленными «Воззвание к народу». Потом старший представился майором госбезопасности Веригиным и ненавязчиво предложил сотрудничество по преодолению сложившейся ситуации, на что лейтенант Нестеров резонно заметил, что не признает никаких самозваных комитетов, что присягал родине, Советскому Союзу, и только родине будет служить.
Я нахожусь на боевом дежурстве, сказал старлей. И даже если оно по непредвиденным обстоятельствам затянулось, то никто поставленных передо мною задач не отменял. Я и дальше буду обеспечивать исправное функционирование и надежную охрану вверенного мне объекта. Равно как и мои подчиненные. Ну что же, ваше право, согласился Дед. Только нынешнее положение нештатное и требует нештатных действий. Комитет в дальнейшем планирует аккумуляцию продовольствия, материальных ценностей, оружия. Всё это с единственной целью наведения и поддержания общественного порядка. Поэтому от имени и по поручению Комитета предлагаю объединить наши усилия. У нас с вами разные цели и задачи, парировал Нестеров. Как знаете, как знаете, сказал Дед. За нами сила, за нами власть. Вы, товарищ старший лейтенант, не боитесь остаться в гордом одиночестве? Вспомните мудрые слова: тот, кто не с нами, тот против нас. Остаться в гордом одиночестве я не боюсь, сказал Нестеров. Но запомните и вы, что любая попытка незаконного проникновения на территорию станции будет расцениваться как нападение и пресекаться огнем из всех видов оружия. Тогда всего доброго и до новых встреч, откланялся Дед. Боюсь, что не могу пожелать вам того же и надеюсь, что наша встреча была последней, напутствовал непрошенных гостей Нестеров.
