— Солдат много. Там, с краю пулемётное гнездо. В «Ганомаге» ещё один. На другом конце деревни, наверняка, ещё пулемёт. Они перебьют нас на подходе.
— Днём и не пойдём. Ночью. Под утро. Надо точно определить, в каком доме заночует офицер.
— Если что, нас там и положат всех.
— Пойдут не все. Мы с тобой, Иван Шевченко с Кириллом и Жлуктов. Сударышкин с Санченко прикроет нас.
— Командир, без тебя совсем плохо будет.
— Что ты меня хоронишь? Я уже давно умер, ещё там, под Минском. Давай лучше рассмотрим подходы к деревне.
Ночь выдалась тёмная. Тучи заслонили ночное светило, словно давая возможность бойцам исполнить задуманное. Автоматы временно перешли в руки братьев Шевченко. Мишка с наганом, пришлось экспроприировать у Луладджи, и ножом. Жлуктов с винтовкой. Ерлан с наганом.
Пост с пулемётом обошли и взяли двух немцев тёпленькими. Пискнуть не успели. Не ожидали они появление врага со стороны деревни. Мишка пока лез через навозные кучи беззвучно изматерился. Жлуктов занял место пулемётчика, нацепив каску.
Кирилл остался во дворе, Иван контролировал улицу. Ерлан осторожно вскрыл входную дверь, и словно кошка скользнул внутрь. Мишка последовал за ним. Медленно пробираясь по тёмным сеням, тщательно проверяли дорогу перед собой. Как бы чего не уронить и не зацепить. Дверь в дом тихо скрипнула. По спине пробежал неприятный холодок. Вошли. Небольшая кухня. Справа комната, прямо — коридор. Ерлан заглянул направо. Мишка пошёл прямо по коридору. Слева проём в комнату и справа. Скользнул влево к кровати. На стуле форма. Обшарил, нашёл ремень с пустой кобурой. Медленно и осторожно просунул руку под подушку, нащупал пистолет. Потянул на себя, но офицер почувствовал что-то и схватил Мишку за руку. Нож в мгновение ока оказался под подбородком немца, прижавшись холодным лезвием к горячей коже. Офицер отпустил руку. Мишка второй рукой воткнул заготовленный заранее кляп. Схватил одежду и кинул на кровать. Немец всё понял без лишних слов и начал торопливо одеваться. Ерлан появился со вторым офицером, который держал в руках что-то похожее на портфель.
— Уходим, — чуть слышно сказал Мишка. — Берём обоих. Там разберёмся.
Похоже, что всё в этот вечер играло на стороне Мишкиной группы. На улице чудом разошлись с двумя немецкими солдатами. Патруль или ещё кто, не важно, главное никакого шума.
Уходили тем же путём, что пришли. Жлуктов с пулемётом нагнал их около леса. Отряд быстро собрался и направился в болота, о которых говорила Луладджа. Они считались непроходимыми, но цыганка объяснила Мишке, что она поговорит с духами воды. Выбора не было. Если что просто отсидятся некоторое время в болотах. Вряд ли немцы рискнут туда лезть.
Рассвет застал отряд на марше. Мишка рассчитывал пройти больше, но раненый и два пленных сильно тормозили движение. Николая несли на самодельных носилках, носильщики часто менялись, но скорость оставалась невысокой. Офицеры зло поглядывали на своих похитителей, но понимали, что их жизнь зависит от правильного поведения. Сударышкин догнал Мишку.
— Товарищ Миша! У нас в плену капитан и лейтенант, артиллеристы. В портфеле документы, важные, наверно.
— Фрол, забери у капитана портфель, чтобы он его не утопил в болоте, — и добавил тише. — Придурок, надо было сразу портфель забрать. Капитан мог его и выкинуть.
Луладджа попросила ей не мешать и ушла к раю болота одна. Офицеры переглянулись между собой. Красноармейцы находились в нервном напряжении, готовые в любой момент вступить в бой.
Час долгого ожидания закончился. Луладджа устало улыбнулась.
— Мы можем идти.
Но Мишка, зная, как тяжело идти через болото, скомандовал привал. Отослал в боевое охранение трёх бойцов. Двое вырезали слеги для всей группы. Мишка решил, что раненого должны нести немцы. Камрады подстрелили, так что будьте добры, несите. И не просто несите, а аккуратно.
Укрыл уставшую цыганку плащами и присел рядом, достав карандаш и листок. Возможно, потом будет не до описаний событий. Набросал вкратце. После чего, наконец, вскрыл портфель. Документы, как документы. Все на непонятном немецком языке. Пусть специалисты разбираются.
Через час выдвинулись навстречу болотным приключениям. Луладджа отказалась от предложенного Сударышкиным перемещения через болото на его крепких руках и пошла первой. Лихо орудуя слегой она странным ведьминским чутьём находила тропку. Шли очень медленно. Ерлан замыкал процессию. Каждый по нескольку раз соскальзывал с незаметной тропы. Но никто не утонул. В полдень дошли до островка, где попадали в изнеможении. Сил не осталось. Мишка решил не торопиться и обустроиться на ночь.
Луладджа развела бездымный костёр и приготовила великолепную кашу, которая пришлась по вкусу и зарубежным «гостям». Мишка опять принялся описывать события недавнего прошлого, иногда дополняя написанное ремарками на полях.
«Почему-то казалось, что понимаю по-немецки. Оказывается это не так. Лаются между собой. Капитан недовольный. В мою сторону посматривает. Никак задумали чего?»
— Фрол! Свяжи руки этим господам. На всякий случай, а то перетонут невзначай.
— Слушаюсь, товарищ Миша!
