Я пригнулся, приподнял цепь, чтоб не звенела, и прокрался вдоль стены. Здание небольшое: деревянная пристройка — склад или прихожая, затем округлый каменный дом с щербатыми стенами. Обогнув угол, я нашёл открытое окно. Прислушался — с такими ушами напрягаться не пришлось.
Голос высокий, шершавый, женский — прокуренный, злой:
— Ты привёл?
— Естественно. Как хотела — тело сильное, шкура упругая. Своенравный, но разберёшься, — холодно ответил Ронт.
— Проблем не будет? В прошлый раз сколько расхлёбывали! Не хочешь опять в джунгли ночью? Надеюсь, этот зайчик умнее того мерзкого…
— Его звали Гэнс! Ты его придушила! — с гневом и обидой рявкнул Ронт. — А этот дерзкий, но у него слабость. Ради неё сделает всё. Гордый, насколько возможно для ничтожества, — не расскажет, что ты с ним… — он запнулся.
«Слабость… Лита. Малая слабина, а уже используют, — раздражённо подумал я. — Декс ради неё на всё готов. Но я не Декс».
— Ой, стесняешься. Столько братиков привёл, а не привык, — ехидно сказала она. — А ведь когда-то ты сам…
— Отойди, жирная сука! Заикнёшься ещё — отрежу язык!
— Хорошо, хорошо, чего всполошился, — с улыбкой ответила она. — Скоро турнир, тебе не победить. Без меня сгинешь, как сотни твоих.
«Турнир! Не слухи и не выдумка Алема. Надо узнать больше!»
— Нарушишь слово — клянусь, убью! — с ненавистью выдавил Ронт. — И запиши в смету, что я отрабатывал в кузне с помощником — Декс. Отчитайся!
— Ладно, ладно. Мне тоже неприятности не нужны, ха-ха! Какой милый, когда злишься. Веди его! Ночь коротка!
Я вернулся на место. Ронт не под надзирателями — или не только. Отчитываются постфактум, никто не знает, что я тут.
Кровь вскипела, мышцы напряглись! Убью их этой ночью! Спокойно! Что за дерьмо, Декс? Меньше агрессии! Бить надо в лучший момент. Поиграем с этой любительницей зайчиков, узнаем что-нибудь.
Дверь скрипнула. Ронт вышел, взгляд холодный, равнодушный. За ним — огромная кабаниха. «Вот и принцесса…» — подумал я, сглотнув. Она еле протиснулась в проём! Ронт рядом — малявка. Складки жира свисали под кожаным фартуком, бугрившимся от двух грудей размером с арбузы. Шерсть на ручищах опалена. Из челюсти с пятаком торчали четыре жёлтых клыка. Морда оплывшая, морщинистая, в бородавках и наростах.
— Вытяни руки! — приказал Ронт.
Я подчинился. Стальные наручники щёлкнули на запястьях. Ещё проблема. Разберёмся по ходу.
— Вот кто у меня в гостях! — заговорила она. — Татана Файнетхут, зови Тата! Сегодня я твоя начальница, но не надзиратель! У нас больше общего с вами, чем с этими грубыми хищниками. Постараюсь, чтобы тебе было комфортно! — Она облизнула обветренные губы. Маленькие глазки пожирали моё тело, раздевая. Всё сжалось внутри.
«Вот как чувствуют себя девицы… Паршиво», — подумал я.
— Приду утром, — сказал Ронт. — Ты во власти Татаны. Не забудь, что на кону, веди себя хорошо! — кивнул он ей, но она не посмотрела.
— Заходи, заходи! Столько дел! — замурлыкала кабаниха, махнув ладонью с мою голову.
Внутри — стеллажи с инструментами и заготовками, среди них — части кандалов, как на мне. Потолок высокий, в саже. Запах гари и угля бил в нос, слышался треск горнила. Тата, похрюкивая, гордо вещала:
— Всё, чем пользуются в Тирсе-од-Зейне, прошло через мою кузню! Даже твои побрякушки на ногах, небось, я сделала, ха! Без меня всё встанет! Уважаемая дочь Ивара Всеядного! — махала она жирными руками. — В столице сталь била! Но там баб за кузнецов не считали, вот и перебралась. Наместник тут широко мыслит. Раньше для армии вещи делала! Путное время, ха-ха!
— Невероятно! — подыграл я, натянув маску впечатлённого зайчика. — Для армии, госпожа Тата? Мечи, как у хищников? Уважаемо!
«Не переиграть бы…» — подумал я.
— Ещё как! Ты, милый, не представляешь! У меня с тех дней друзья дорогие остались! Тут ко мне ходят даже из центра! Власти у меня больше, чем у надзирателей! Ха-ха! Наместник обращался — Арис Крим из дома Чёрного когтя, представляешь!
«Наместник — правитель здешних земель. Арис Крим — запомним».
— А кандалы, госпожа Тата? Сами расширяются и сужаются — неужели здесь делаются? — спросил я с восторгом, давя рвотные позывы от вони пота.
— Кую тут, а чары… — она замялась, глазки метнули подозрение. — Узнаешь много, если будешь хорошим помощником. Я добра к тем, кто работает, — сладко сказала она, скользнув взглядом по мне. — Язык у тебя будь здоров, раз любишь болтать.
Сдержав тошноту, я выдавил приторную улыбку:
— Постараюсь хорошо работать, — прошептал: — Очень… постараюсь.
Её бросило в жар, она отвернулась.
— Прекрасно, сегодня начнём! — пылко ответила она.
Надо осторожнее, слишком спешу. Но я узнал: она куёт кандалы, но не накладывает чары. И говорить об этом не стоит. Выужу информацию, пока не убил её… Или она меня.
«Есть аристократия, но не основа империи. Рода и кланы логичны в мире, где сила — с рождения», — размышлял я, глядя на голую спину кабанихи.
— Чёрный коготь — сильный дом? — спросил я тупо. Она глянула соответственно.
