Дамиан сокрушённо качнул головой и провёл рукой по лицу.
— Это я виноват, — пробормотал он.
— Что? — Мара удивлённо моргнула.
— Я должен был догадаться, — он тяжело вздохнул. — Это ведь очевидно. Волшебники тратят гораздо больше энергии, чем обычные люди, когда используют магию в повседневной жизни, а тем более сейчас, в период обучения. Не говоря уж о мощных заклинаниях…
Он закрыл глаза и помассировал виски.
— Из-за этого волшебники едят гораздо больше, чем неволшебники. Гораздо. Тебе с самого начала нужно было пересмотреть рацион.
Мара приподняла бровь.
— Ну теперь понятно, почему я всегда такая голодная… — задумчиво пробормотала она.
Весперис покачал головой, всё ещё выглядя обеспокоенным.
— Это не просто «голодная», Мара. Это вопрос твоего здоровья. Ты вообще замечала, как похудела за последнее время?
— С чего ты взял? — огрызнулась она.
— Во-первых, у тебя щёки впали, — невозмутимо отвечал он. — Во-вторых, я чувствую твои кости каждый раз, когда прикасаюсь к тебе. Не то, чтобы я трогал много людей, я не уверен, что знаю, как должно быть, но мне кажется, это ненормально. Дамиан, к примеру, куда более мягкий. Хотя местами тоже довольно твёрдый…
Дамиан поперхнулся чаем и закашлялся.
Весперис мгновенно залился краской.
— Я про колени и локти, идиот! — зашипел он.
Дамиан кашлял, краснел и махал рукой, сражаясь с чаем за свою жизнь.
— Ты мог бы немного по-другому это сформулировать? — хрипло переспросил он, всё ещё задыхаясь.
Весперис только скрестил руки на груди и отвернулся. Мара нахмурилась, не понимая, что вызвало такую бурную реакцию.
— А что смешного? — поинтересовалась она.
— Боже, благослови твою невинную душу… — пробормотал Дамиан.
— Что? — Мара сдвинула брови ещё сильнее.
— Ничего! Абсолютно ничего, забудь, просто забудь!
Она подозрительно сузила глаза, но решила оставить это на потом.
Покончив, наконец, с едой, Весперис размашистым росчерком выписал официанту чек, даже не удосужившись посмотреть на сумму. Официант, конечно, сохранил безупречно вежливое выражение лица, но Мара видела, как у него дёрнулся глаз, когда он принял платёж.
Так как целый день был ещё впереди, Весперис соблаговолил согласиться вернуться к изначальному плану и отправиться на побережье.
Солнце светило ярко, заливая берег золотистыми лучами. Песок был тёплым, чуть влажным, бархатистым под босыми ногами.
Они расстелили плед на горячем песке, а затем, сбросив ботинки и закатав штанины до колен, направились к воде.
Вода ласково плескалась у их ног, волны разбивались мелкими барашками, и на какое-то мгновение, стоя по щиколотку в холодном море, под лучами заходящего солнца, они почувствовали себя свободными.
Мара посмотрела на Веспериса, наблюдая, как солёный ветер играет в его волосах, а золотистый свет отбрасывает мягкие блики на его лицо.
— Ты счастлив? — спросила она.
Весперис не ответил сразу. Он закрыл глаза, подставляя лицо мягкому бризу, и глубоко вдохнул.
Шум волн, тёплый песок под ногами, крики чаек, лениво парящих в небе.
И только они трое.
— Пожалуй, да, — наконец произнёс он. — Прямо здесь и сейчас… на этом пляже, под этим солнцем.
Он обернулся к Маре и Дамиану:
— Если бы рай существовал, я бы хотел, чтобы он был именно таким.
— Ну, если ты встретишь там меня, то это точно не рай, — тут же встрял Дамиан, ухмыляясь.
Весперис покачал головой, явно ожидая чего-то подобного.
— В моём раю будет свой собственный Дамиан, — невозмутимо парировал он. — Тот, который не портит душевные моменты дурацкими шутками.
Дамиан изобразил возмущение:
— И зачем тебе тогда такой Дамиан?
Весперис усмехнулся, и в его смехе было что-то по-настоящему тёплое, искреннее.
— Чёрт возьми, ты прав, — признал он.
И, не говоря больше ни слова, направился обратно к пледу.
Мара и Дамиан переглянулись, затем последовали за ним.
Какое-то время они просто лежали на горячем песке, молча вглядываясь в небо, где облака медленно плыли вдоль линии горизонта.
Весперис вдруг приподнялся на локтях, лениво повернул голову в сторону подруги.
— Раз уж сегодня мой день рождения… Я могу просить что угодно, верно?
Мара моргнула, слегка смущённая его тоном.
— Ну… — Она скосила взгляд в сторону, затем снова посмотрела на него. — Просить-то можешь что угодно…
Весперис чуть усмехнулся, но в его улыбке не было ни насмешки, ни хитрости.
— Можешь меня обнять?
Мара нахмурилась, а затем, ни секунды не раздумывая, обняла его за талию и прижалась головой к груди.
— Я могу обнимать тебя не только в твой день рождения.
Она покосилась на Дамиана, который наблюдал за ними с уже знакомым ей выражением лица.
— Я помню, из какого мира ты пришла, — тихо проговорил Весперис в её макушку. — И могу представить, что для тебя такие вещи всё ещё… чересчур.
Мара покачала головой и улыбнулась.
— Это не так. Наоборот. Мне очень нравится обниматься. Я не знаю, как бы жила без этого.
— Так-так-так, — насмешливо протянул Дамиан. — Может, мне оставить вас наедине?
Весперис бросил на него холодный взгляд.
— Даже не думай, Спэрроу. Иди сюда. Обними меня тоже.
Дамиан округлил глаза.
— Что?
