– У меня есть это разрешение, – сказал дворянин, вынимая из кармана бумагу, – вот оно!
– Заверьте его у коменданта порта, – сказал хозяин, – и отправитесь со мной.
– Где я могу найти коменданта?
– Он в своём загородном доме.
– А его дом…
– В четверти лье от города. Да вот он, смотрите: видите у подножия холма черепичную крышу?
– Прекрасно вижу, – сказал дворянин.
И он отправился со своим лакеем к коменданту порта.
Д’Артаньян и Планше последовали за дворянином на приличном расстоянии.
За городом д’Артаньян прибавил шагу и догнал дворянина на опушке рощи.
– Сударь, – сказал ему д’Артаньян, – вы, кажется, спешите?
– Как нельзя более, сударь.
– Это очень прискорбно, – продолжал д’Артаньян, – я тоже спешу и хотел просить вас оказать мне услугу.
– Какую?
– Пропустите меня первым.
– Невозможно, – сказал незнакомец, – я проскакал шестьдесят лье за сорок четыре часа и должен завтра в полдень быть в Лондоне.
– Я сделал столько же в сорок часов и должен быть в Лондоне завтра в десять часов утра.
– Мне очень жаль, но я прибыл первым и не пойду вторым.
– Мне очень жаль, но я прибыл вторым, а пойду первым.
– Я по повелению короля! – воскликнул дворянин.
– Я по собственной надобности! – ответил д’Артаньян.
– Но мне кажется, вы ищете ссоры?
– А вы как думаете?
– Чего же вы хотите?
– Вам угодно знать?
– Разумеется.
– Так вот, я желаю иметь разрешение, которое у вас есть, потому что у меня такого нет, а мне оно необходимо.
– Я полагаю, вы шутите?
– Я никогда не шучу.
– Пропустите меня.
– Не пропущу!
– Молодой человек, я вам размозжу голову. Эй, Любен, мои пистолеты!
– Планше, – сказал д’Артаньян, – займись слугой, я беру на себя хозяина.
Планше, ободрённый первой удачей, накинулся на Любена и, будучи силён и крепок, повалил его спиной на землю и стал ему коленом на грудь.
– Делайте своё дело, – сказал Планше, – я своё сделал.
Увидев это, дворянин вынул шпагу и бросился на д’Артаньяна, но он имел дело с искусным бойцом.
В три секунды д’Артаньян нанёс ему три удара, приговаривая: «Этот за Атоса, этот за Портоса, этот за Арамиса».
При третьем ударе дворянин упал как подкошенный.
Д’Артаньян счёл его мёртвым или, по крайней мере, в обмороке и нагнулся, чтобы взять разрешение. Но когда протянул руку, чтобы обыскать его, то раненый, не выпустивший шпаги из рук, нанёс ему удар остриём в грудь, говоря:
– Это для вас!
– А этот за меня! Остатки сладки! – вскричал взбешённый д’Артаньян, пригвождая его к земле четвёртым ударом шпаги в живот.
На этот раз дворянин закрыл глаза и лишился чувств.
Д’Артаньян обыскал карман, в который, как он видел, тот положил разрешение, и взял его. Оно было на имя графа де Варда.
Потом, бросив последний взгляд на красивого молодого человека, которому едва ли было двадцать пять лет и которого он оставил лежать на земле без чувств, может быть мёртвым, он горестно вздохнул о странностях судьбы, которая побуждает людей истреблять друг друга ради выгоды совершенно далёких им людей, которые часто даже и не знают об их существовании.
Но вскоре он был отвлечён от этих размышлений Любеном, который вопил во всё горло и звал на помощь.
Планше всею силою зажал ему рукой рот.
– Сударь, – говорил Планше, – пока я его так держу, он не станет кричать, я уверен. Но как только я его отпущу, он опять начнёт орать. Он нормандец, а нормандцы упрямы.
И в самом деле, как ни зажимали ему рот, Любен всё ещё пытался издавать звуки.
– Подожди, – сказал д’Артаньян.
И, достав платок, он заткнул Любену рот.
– Теперь, – сказал Планше, – привяжем его к дереву.
Это было исполнено добросовестно. Потом перетащили графа де Варда и положили его рядом. А так как начинало темнеть, то очевидно было, что связанный и раненый останутся в роще до следующего дня.
– А теперь, – сказал д’Артаньян, – к коменданту порта.
– Но вы, кажется, ранены? – сказал Планше.
– Это ничего! Займёмся главным, а там подумаем и о моей ране, которая, впрочем, кажется мне не особо опасной.
И оба отправились скорым шагом к дому почтенного должностного лица.
Доложили о приходе графа де Варда.
Д’Артаньяна ввели.
– У вас разрешение за подписью кардинала? – спросил комендант.
– Да, сударь, – отвечал д’Артаньян, – вот оно.
– А, оно в порядке, – сказал комендант, – и с отличным отзывом.
– Естественно, – отвечал д’Артаньян, – я один из преданнейших ему людей.
– Кажется, его высокопреосвященство хочет помешать кому-то проехать в Англию?
– Да, некоему д’Артаньяну, беарнскому дворянину, который выехал из Парижа с тремя друзьями, намереваясь достигнуть Лондона.
– Вы его лично знаете? – спросил комендант.
– Кого?
– Да этого д’Артаньяна.
– Очень хорошо.
– Так опишите мне его приметы.
– Нет ничего легче.
И д’Артаньян со всей точностью описал ему графа де Варда.
– Есть ли кто с ним? – спросил комендант.
– Да, лакей по имени Любен.
– За ними будут смотреть, и если они попадутся, его высокопреосвященство может быть покоен: их отвезут в Париж под строгим караулом.
– Если вы это сделаете, кардинал будет вам весьма обязан.
– По возвращении вы его увидите, граф?
– Разумеется.
– Передайте ему, пожалуйста, что я его верный слуга.
– Непременно.
