Три правды о себе полностью

— Это как с гавайской гитарой, чтобы он тебя заметил, — говорит Агнес с жестокой прямотой, но без злобы. — Я поняла.

— У меня ощущение… не знаю… как будто я невидимка. Если я не приду в школу, никто, кроме вас, этого не заметит. — Дри ложится на траву и смотрит на чистое синее небо без единого облачка.

Я думаю, не рассказать ли ей, как КН еще в самом начале написал мне, что мне надо с ней подружиться, что он давно заметил, какая она веселая и крутая, но я не решаюсь. Не хочу, чтобы она подумала, будто я подружилась с ней по чьей-то указке.

— Если честно, мне бы очень хотелось стать невидимкой, — говорю я. — Джем и Кристель никак не оставят меня в покое.

— Да пошли они к черту, — говорит Агнес. — Им просто завидно, что они не такие крутые, как ты.

— Я не крутая. Совсем не крутая, — возражаю я.

— Ты крутая. В смысле, теперь, когда я тебя знаю, знаю, что ты очень крутая. От тебя прямо исходит волна, типа, живу, как хочу, и меня не волнует, что вы обо мне думаете. Конечно, их это бесит. И ты сексапильная, — говорит Агнес. — В мире Джем только ей разрешается быть сексапильной.

— Правда? Ты о ком сейчас говоришь? — уточняю я.

— Она просто ревнует. Потому что ты нравишься Лиаму, — заявляет Дри. — Хочешь честно? Я тоже ревную, потому что ты нравишься Лиаму.

— Я не нравлюсь Лиаму. Я просто работаю в магазине, который принадлежит его маме.

— Как скажешь, — говорит Дри.

— Нет, правда, мы просто вместе работаем. И, кстати, он мне не нравится. В смысле, как парень. — Надеюсь, Дри мне поверит. Мне очень нужно, чтобы она поверила.

— Значит, ты ненормальная, — говорит Дри. — Он прекрасен.

— Я тебя очень прошу, не красься в розовый ради Лиама Сандлера, — говорит Агнес. — Он того не стоит.

Я вижу Итана. Он идет через лужайку со стаканчиком кофе в руке. Направляется к стоянке, хотя уроки еще не закончились. Как всегда, когда я вижу его случайно, в дикой природе, как я это называю, у меня появляется странное чувство, что я сама его наколдовала, вызвала силой мысли, потому что думала о нем. И это правда. Я думаю о нем постоянно. Даже когда говорю о Лиаме Сандлере и розовых волосах, я думаю об Итане. Итан это Итан это Итан.

Интересно, куда он собрался и вернется ли на урок литературы? Надеюсь, что да. В школе мы почти не общаемся, но мне нравится знать, что он сидит сразу за мной, что я могу обернуться и улыбнуться ему, если мне хватит смелости. Правда, ее никогда не хватает.

Черт. Он заметил, как я на него смотрю. Надеюсь, с такого расстояния он не разглядел мою идиотскую улыбку. Он коротко мне кивает, поднимает два пальца — знак победы — и садится в машину.

— А вот Итан Маркс… — мечтательно говорю я, наконец сознаваясь подругам в своей безумной влюбленности. Конечно, Скарлетт об этом знает, но она не училась с ним с первого класса, так что Скар не считается.

Надо ли было ответить на его жест? Нет, я не могу изобразить эти рожки. Это почти то же самое, что «оки-доки».

— Правда? Тебе нравится Итан? Мы с ним дружили до восьмого класса. — Дри резко садится и хватает меня за руку.

Сплошной девчачий восторг. Или, возможно, она просто рада, что я не претендую на Лиама. Она наклоняет голову, о чем-то задумавшись.

— Хотя, скажем прямо: не самый оригинальный выбор. И…

— И он типа надломленный, — говорит Агнес.

Я не понимаю, что она имеет в виду, но не успеваю спросить, потому что Дри продолжает:

— И он никогда не встречается с девочками из школы. Никогда. Совсем.

У меня сжимается сердце. Не то чтобы я на что-то надеялась, но все же… Теперь мне точно ничего не светит. Совсем.

— Но он, конечно, красавчик, — говорит Агнес. — Никто не спорит.

КН: три правды. (1) когда я читаю твои сообщения, У меня в голове звучит твой голос. (2) если бы я был животным, то был бы лемуром, ладно, может быть, не лемуром, но сегодня мне нравится слово «лемур», и пока ты сама этого не сказала… да, я в курсе, что я ненормальный. (3) если честно, я бы хотел стать хамелеоном, менять окраску, сливаясь с окружающей средой, и остальными днями недели.

Я: (1) Я смотрела «Свободных» (ремейк, а не оригинальный фильм) страшно сказать сколько раз. Просто он очень трогательный. ЗАКОН, ЗАПРЕЩАЮЩИЙ ТАНЦЫ. Но герои сражаются и побеждают. Восторг. (2) Я ужасный водитель. Здешние правила поворота налево, когда загорается красный… это выше моего понимания. (3) И, кстати, мне расхотелось кофе.

КН: правильно, пускай зверюшка в кои-то веки спокойно покакает.

Я:?

КН: самый дорогой в мире сорт кофе производят из зерен, вынутых из экскрементов животных… как их… щас…

КН: мусанги. не путать с мустангами.

Я: Не смешно.

КН: это всего лишь кофе, расслабься.

Я: Ага.

КН: извини, я забыл, как ты бесишься, когда тебе говорят «расслабься».

Я: Я не бешусь.

КН: бесишься прямо сейчас, я слышу, как твой виртуальный голос дрожит от ярости.

Я: Если тебе говорят «расслабься», говорящий предполагает, что ты напрягся. Я не напрягаюсь.