На следующий день выяснилось, что Квентин не шутил и обещаний своих не забывал. Синди просмотрел присланный список литературы и едва не впал в уныние — перечень книг был просто неприличных размеров, и Синди заподозрил, что маэстро не волнуют условности вроде необходимости есть и спать. Отвращение к печатному слову пробуждалось с появлением каждого нового пункта в списке, и Синди предпочел выполнить второе поручение своего уже начальника — записаться в Академию. Даже лекции не пугали его так, как гора литературы.
В Академию он собрался лично, предпочтя переговорам по комму визит не столько из желания убедиться, что все идет, как должно, сколько из любопытства. Он еще не видел центра Парнаса, и теперь, когда первые впечатления от Гайи схлынули, Синди нуждался в новых.
Центр полностью оправдал его ожидания. Никогда прежде Синди не видел настолько разномастной и при этом настолько цельной толпы. Сам не понимая, как это получается, он быстро научился отличать туристов от местных жителей, даже если последние просто шли по своим делам. «Здесь все так или иначе повернуты на искусстве», — вспомнил он слова Квентина. И в самом деле, обыденность Парнаса отличалась от обыденности любого другого города из всех, в которых Синди довелось побывать. Местные привыкли вращаться в этом мире, полном музыки, красок, пестроты афиш и вычурных нарядов, яркости фотовспышек, легкого безумия тех, кто несет в себе то, что принято называть признаками творческой натуры. Синди готов был поклясться, что чувствует запах новых идей от прохожих. В кои-то веки ему захотелось стать своим не в тесной компании, а в толпе, населившей целый город. И что с того, если для этого требовалась учеба.
В Академии клерк в строгом костюме, занимающийся вопросами приема на обучение, смерил Синди равнодушным взглядом, лишь на секунду остановившись на короткой юбке и ярких туфлях. В другое время Синди мог почувствовать себя уязвленным, но к этому моменту он уже видел достаточно, чтобы понимать: одежда другого пола — это слишком мало, чтобы эпатировать местную публику. Здесь, в городе, где процветала свобода самовыражения, пестрые тряпки танцора значили не больше, чем костюм клерка — и у последнего даже было больше шансов привлечь внимание в яркой толпе. Здесь не придавали такого значения одежде, как в Анатаре, — она была всего лишь частью образа, причем не самой значимой, и для успеха нужно было продемонстрировать нечто большее, чем готовность вырядиться во что-то, не вписывающееся в гардероб обывателя. Это одновременно огорчало и восхищало Синди, которому в Анатаре достаточно было только ярко одеться, чтобы привлечь к себе внимание.
Он получил список лекций, которые не были привязаны к определенным дисциплинам и специальностям и были доступны для свободного посещения, на месяц вперед, с предупреждением, что список может меняться и желательно следить за его обновлениями на сайте. Судя по названиям, в Академии можно было узнать о любых направлениях искусства в любой период и в любой изученной местности. Ни в одном вопросе из перечисленных Синди не разбирался досконально и ни к чему не чувствовал особой тяги, поэтому он просто оплатил первые три лекции из списка и получил доступ к той части Академии, которая была открыта только для студентов.
Не успел Синди выйти из Академии, как ему прислал вызов Квентин. Ему хватило одного взгляда на фон, чтобы понять, что часть его поручений уже выполнена.
— Пока ты можешь не приходить на работу, — заявил он.
— Потому что необразованный? — не вытерпел Синди, который и без того сдерживал свой язык весь день накануне.
— Потому что новой группы пока нет, — как ни в чем не бывало пояснил маэстро. Он шел по школьному коридору, и к нему то и дело подходили люди, здоровались, пытались о чем-то спросить. Квентин улыбался, кивал и ссылался на деловой разговор. — Сработавшиеся группы занимаются у своих учителей и вряд ли обрадуются замене.
Синди представил себе, как может встретить его группа, которая «не рада замене», и закивал.
— Так что, пока не наберется достаточно новичков, ты свободен, — продолжал Квентин. — На твоем месте я бы познакомился лучше с Парнасом и разобрался с повседневными заботами — не собираешься же ты постоянно жить в гостинице. Кроме того, надеюсь, что ты не забудешь о нашем разговоре.
— Боюсь, это мне не суждено, — признался Синди. — Ваш список меня пугает.
— Ничего, пока у тебя достаточно времени. Все, до связи. Я вызову тебя, когда придет время приступить к работе… о, добрый день, Валери, рад вас видеть.
Квентин отключился, и Синди счел за лучшее воспользоваться его советом и отправился знакомиться с городом.
