Она взяла телефон и провела пальцами по клавиатуре, не зная, как поступить. Должна ли она оповестить Оливье, что Стюарт благополучно вернулся домой? Или это будет соль на рану?
В конце концов она решила, что было бы странно этого не сделать, и отправила короткое сообщение:
Конечно, послать ему второе сообщение означало удвоить муки ожидания, ведь не отвечать на два сообщения подряд – это действительно странно.
После ужина Нат отправился пропустить стаканчик со старым приятелем. Стюарт устроился на диване. Джулиет загрузила посудомоечную машину, а затем расположилась в старом кресле – наследстве Стюартова деда. Красно-многоцветное, в этой обстановке оно выглядело неуместно. Необходима новая обивка. Должна ли она, Джулиет, этим озадачиться? Конечно нет! Стюарт – солидный мужчина, у него своя жизнь. И ему не нужно, чтобы она разводила суету вокруг предметов его интерьера.
Старые привычки умирают с трудом, подумала она. Вспомнила, что сказал ей Пол, когда они сидели в баре: нельзя в одночасье выстроить новые, более деликатные отношения с человеком, с которым ты прожил много лет, чьи сильные и слабые стороны и уязвимые места ты знаешь. Не то чтобы сомнительная обивка на мебели относится к подобным местам, но…
– Не могу выразить тебе свою благодарность за то, что ты здесь. – Голос Стюарта ворвался в ее мысли. – Ты не обязана была приезжать. И я действительно ценю это.
– Ты бы сделал то же самое для меня, – сказала Джулиет. – Правда?
– Конечно. Но я бы понял, если бы ты поступила иначе.
– Я ничем особенным там не занималась.
– Но я испортил тебе отдых. Сколько дней у тебя оставалось?
– Да всего ничего. – Она подумала о квартире, от которой отказалась. Она бы все отдала, чтобы вернуться туда сейчас, поработать за ноутбуком, распахнуть шторы и посмотреть на луну над крышами домов. – Это не важно.
– Ты выглядишь по-другому, знаешь ли.
– Я подстриглась. – Она коснулась своих волос.
– Ты и пахнешь по-другому.
– Это из-за чеснока.
– Нет, это не чеснок.
Она поднесла запястье к носу:
– У меня новый парфюм.
Она не стала говорить Стюарту его название – «Френч ловер»[235]. Вдохнув его, она представила, как он смешивается с запахом Оливье. О боже.
– Ты ведь не влюбилась, правда?
Стюарт спросил это не обвиняя, скорее поддразнивая.
– Думаю, влюбилась. – Джулиет посмотрела на бывшего мужа. – Но не в человека. Я влюблена в Париж. Он кажется мне домом. Я чувствую, что принадлежу ему. Мне нравится там все. От первого глотка кофе утром до последнего дижестива вечером.
Ее глаза сияли, пока она говорила, а Стюарт наблюдал за ней.
– Давно не видел тебя такой. Тебе следует туда вернуться.
– С ума сошел! Я не могу бросить тебя в таком состоянии.
– Еще как можешь. За мной присмотрит Нат. Он останется до Рождества.
– Правда?
– Иди и живи своей мечтой, Джулиет. Я не хочу тебя задерживать.
Стюарт посмотрел на журнальный столик, где бок о бок лежали телефоны – одинаковые способы связи, хранящие все их секреты.
– Ждешь сообщения? – улыбнулась она.
– Возможно.
– Консультант из скорой помощи?
– Похоже, она пригодится. – Он усмехнулся. – Она уже разрабатывает программу моей реабилитации.
– Она так это называет? – Джулиет не могла не поддразнить его в ответ. – Она милая?
– Да. Только слишком много работает. Но и я работаю над этим.
– Я очень рада.
– Наверное, мне стоит ее назначить контактным лицом на случай чрезвычайных ситуаций. Ведь это уже не ты, правда?
Джулиет не сразу нашлась. А потом выдохнула беззаботно:
– Хорошо. – Похоже, ее руки развязаны окончательно. – Но я всегда буду рядом, если понадоблюсь тебе.
– Знаю.
С минуту они сидели в дружеском молчании, обдумывая тонкий сдвиг в их отношениях.
– Забавно, однако, – сказал Стюарт. – Второй раз такая ерунда. Ты думаешь, что они знают о тебе все, но, конечно, они не имеют ни малейшего понятия обо всех этих мелочах, которые делают тебя тем, кто ты есть.
– Думаю, это часть того удовольствия, которое мы получаем. Открывать для себя что-то новое. Полагаю, да.
Один из их телефонов подал сигнал, и они оба подскочили.
– Это мой, – сказал Стюарт и поднял трубку.
Джулиет наблюдала за тем, как он читает сообщение, как улыбается и отвечает. Ее телефон хранил грозное молчание.
А потом раздался сигнал.
Она протянула руку, небрежно, будто ей все равно. Хотя то, что там написано, было для нее важнее всего на свете.
Она со вздохом положила телефон на стол. Стюарт смерил ее взглядом.
– Ради бога, просто закажи себе билет на утро. Будешь в Париже к обеду.
