Она сказала себе, что нет смысла пытаться предугадать его реакцию или стать рабом телефона на весь день. И написала сообщение Натали, чтобы убедиться, что та все еще не против прийти к ней выпить. Ей определенно нужна моральная поддержка.
Джулиет сообщила подруге, что он обещал прийти, но не о том, что она сделала вчера утром. Ей нужно рассказать эту историю Натали с глазу на глаз. Или, может, следовало
Затем она направилась в «Плиссон» – невероятно шикарный продуктовый магазин на площади дю Марше-Сент-Оноре. С белоснежными стенами и бледным деревянным полом, он был заполнен всеми деликатесами, которые только можно пожелать, красиво упакованными и хранящимися в рядах нетронутых холодильников. В центре магазина стояли деревянные ящики, в которых громоздились свежие овощи. Она купила сухую вяленую колбасу, сыр нескольких видов и очень дорогое печенье, а также корнишоны, рукколу, редис и помидоры черри.
Было только два часа – приступать к готовке еще рано. Джулиет не могла сидеть здесь наедине со своими мыслями, каждые две минуты проверяя телефон.
Ей необходимо обновить свой гардероб. Приобрести что-нибудь для торжественного случая – она ведь выступает в роли хозяйки вечеринки в Париже. Она точно знала, где найти что-то подходящее, и направилась прямо к стеклянному фасаду магазина «Задиг и Вольтер» в квартале Марэ. В обычной ситуации ей не хватило бы смелости зайти в этот магазин, но она чувствовала в себе силы для новой жизни и вдохновлялась стилем женщин, которых видела на улицах каждый день. В последнее время она сбилась с пути, прячась под большими джемперами и мешковатыми рубашками, никогда не надевая ничего, что привлекало бы внимание, но теперь была полна решимости вернуть свой стиль. Она никогда не будет такой смелой, как в двадцать или тридцать лет, но все еще может заявить о себе.
Не теряя надежды, она старательно осмотрела ряды вешалок с платьями, зная, что обязательно отыщет подходящее. И оно нашлось: темно-зеленое атласное платье-рубашка, цветом напомнившее ей о Моне, с очень длинными рукавами, глубоким вырезом и поясом на талии, благодаря которому ткань драпировалась и опускалась чуть выше колена. Продуманный пошив придавал силуэту милитари мягкость.
– Je peux essayer?[194] – спросила она продавщицу, и та проводила ее в примерочную кабину.
На женщину в зеркале Джулиет взглянула с недоверием. Как может правильное платье сделать это, превратить вас в ту, кем вы хотите быть? Она выглядела жизнерадостной, утонченной, сексуальной, и в то же время ей было удобно. Казалось, платье создано специально для нее. Идеальный наряд, чтобы чувствовать себя сильной, но не подавляющей. Джулиет подошла к кассе, чтобы расплатиться. На мгновение она замешкалась, прежде чем отдать свою карточку: не слишком ли она расточительна? Не слишком ли – покупать такое платье для обычной вечеринки? Разумеется, внутренний голос напоминал, что предназначено оно для Оливье, но Джулиет старалась не обращать на него внимания. В конце концов она решила, что заслужила красивый наряд и хорошее самочувствие, и протянула карточку.
Продавщица запаковала платье и положила его в изящную сумку, подмигнув Джулиет:
– В этом платье проведете время просто отлично.
Прямо предзнаменование.
На обратном пути Джулиет зашла в магазин «Фредерик Маль», чтобы выбрать себе духи, и была ошеломлена множеством приземистых круглых флаконов с черными крышками, с названиями, такими манящими, с ароматами, такими опьяняющими. Она думала о том, кто она есть и какой хочет стать. Она хотела сохранить то, что ей нравилось в себе, но при этом добавить к этому свое фантазийное «я» – кого-то более чувственного, смелого и импульсивного.
