Джулиет прислонилась спиной к кухонной стойке, потягивая кофе. Ей не хотелось уходить, но она обещала Натали. Из-за спешки у них не было времени оценить ситуацию и составить планы. Ей казалось, что они оба еще не отошли от волнения, но она верила, что поведение Оливье вызвано его рыцарскими чувствами, а не желанием поскорее ее выпроводить.
Но как узнать, не видит ли он в ней лишь подругу на одну ночь? Недосып, адреналин и внезапный прием кофеина привели ее в состояние нервной неуверенности. В животе крутило.
Оливье вернулся, одетый в джинсы и простую куртку. В руках у него был шлем, который он протянул ей:
– Тебе это понадобится.
– Что?
– Никто в здравом уме не станет держать машину в Париже. – Он усмехнулся. – Allons-y.
К половине пятого она уже сидела на заднем сиденье «веспы», которую Оливье держал в проходе снаружи. Они ехали по серому предрассветному Парижу, ныряя в лабиринт узких улиц, уворачиваясь от мусоровозов и подметальных машин, а кафе и табачные лавочки начинали поднимать свои жалюзи. Они остановились возле «Девушки, которая плакала шампанским», и тут же Натали выскочила из своего белого фургона «ситроен».
– Salut, mec[225], – сказала она Оливье, как будто видела его только вчера. Они расцеловались, и Натали ударила его по руке. – Рада тебя видеть.
– Oui, – ответил он, улыбаясь. Времени на разговоры не было, но они действительно обрадовались встрече. – Присмотри за ней для меня, пожалуйста. – Он положил руки на плечи Джулиет.
– Конечно, – сказала Натали, с сомнением разглядывая наряд Джулиет. – А что, бального платья ты не нашла?
Засмеявшись, Джулиет запрыгнула на переднее сиденье. Натали отъехала от бордюра, Оливье поднял руку, чтобы помахать им на прощание. И едва он скрылся из виду, у Джулиет заныло сердце от боли разлуки.
– Значит, все прошло нормально?
– Да, все было хорошо, – ответила Джулиет с лукавой недосказанностью.
– Молодец. – Натали усмехнулась. – Нечасто увидишь женщину нашего возраста с такой улыбкой на лице.
Джулиет чувствовала себя старшеклассницей. Ее рот распух от поцелуев, кожу все еще покалывало от его полусуточной щетины. Она не могла вспомнить, когда в последний раз спала всего два часа. Во всяком случае, из-за мужчины. Разве что когда дети болели ветрянкой или у них резались зубы.
– Gueule de bois?[226] – спросила Натали.
– Нет, – ответила Джулиет. – Мы не так уж много выпили. По коктейлю и бутылку вина.
– Пьяны от любви, да?
– Можно и так сказать.
В памяти всплыли воспоминания о минувшем вечере, и Джулиет почувствовала, что краснеет. Между ними всегда была химия, но за прошедшие годы они оба многому научились.
– И что теперь будет?
– Это просто интрижка. Пока я здесь. Мы просто немного развлечемся.
– Ну да, конечно! – Натали искоса взглянула на нее.
– А как иначе? Я живу в Англии, а он – в Париже.
– Что ж, постарайтесь извлечь из этого максимум пользы. Если только это не отвлекает вас от работы.
– Конечно нет. – Джулиет уставилась в окно. – Он плакал, знаешь ли.
– О боже… Вы, должно быть, были хороши.
– Его квартира просто восхитительна.
– У тебя есть фотографии?
– Нет. – Она ухмыльнулась. – Не было времени.
– Какая незадача.
– Ты можешь прийти на apèro[227], – легкомысленно сказала Джулиет.– Мы выпьем кампари с содовой, я приготовлю gougères[228] и покажу тебе все.
Натали бросила на нее веселый взгляд:
– Может, стоит провести грань между неуверенностью и самоуверенностью?
Джулиет рассмеялась. Она чувствовала себя слегка на взводе. Взбалмошной и до смешного счастливой.
Ее телефон пискнул, и она чуть не выпрыгнула из кожи. Она не собиралась сразу же смотреть на экран. Она сложила руки и откинулась на спинку кресла.
– Ради бога, посмотри, что там написано! – воскликнула Натали. – Кто еще может напомнить о себе в такое время?
Джулиет наклонилась вперед и достала телефон из сумки.
«Tu me manques»[229], – прочитала она.
– «Я скучаю по тебе», – вздохнула Натали. – О боже! Ты воплощаешь нашу общую мечту, детка.
Рунгис с его продуктовым рынком находился на окраине юго-восточной части города, у аэропорта Орли.
– Они перенесли рынок туда, когда снесли Ле-Аль, – сообщила Натали. – Не поверишь, пока не увидишь, но он больше, чем Монако.
– Не может быть.
– Страшновато и немного странно. Все очень оперативно и организованно. Как будто из фильма о Бонде.
Они выезжали из центра города по северному берегу Сены. Это было захватывающе – мчаться в такой ранний час, пока на улицах мало машин, фонари еще горят. Рассвет превращается из шиферного в устричный, затем в жемчужный, а они тем временем минуют мост за мостом. Джулиет увидела огромные краны, нависшие над Нотр-Дамом: через час или около того они уже будут усердно работать над его восстановлением.
Они переехали через реку, оставив позади знакомые ориентиры, и двинулись по шоссе через пригороды, подобные которым могли находиться в любой точке мира: башни, кладбища, промышленные зоны и железнодорожные линии. В конце концов они въехали на территорию, напоминающую аэропорт: склад за складом, каждый размером с самолетный ангар.
