Никита Сергеевич пошёл провожать Зулина до машины, помогал нести корзины и напоследок снова расцеловал. Гости неотлучно следовали за Хрущёвым, снова и снова подходили к зоологу, прощались. В подарок Зулину Никита Сергеевич преподнес бурку и собственные, с руки, часы. И тут маршал Малиновский выдал:
— От меня будет тебе наградной пистолет!
Все посмотрели на министра обороны с удивлением.
— Мало ли что, ведь хищники! — в оправдание протараторил маршал.
— И пистолет тебе достался! — хохотал Хрущёв.
Тигрятами все остались довольны: и взрослые, и дети, и Нина Петровна.
— Я бы чего-нибудь съел, — вопросительно проговорил Малиновский. — На меня, Никита Сергеевич, к вечеру жор нападает, не обижайтесь!
— Ты и так бегемот, скоро в танк не влезешь!
— Я не танкист, я маршал! — отрапортовал Родион Яковлевич.
Все смеялись. Малиновского велели накормить.
— Вот о чем я подумал, — когда снова уселись за стол, сказал Хрущёв. — Тут много говорили, что браконьеры безжалостно уничтожают уссурийских тигров. Предлагаю в агитационных целях сделать художественный фильм, не заумный и без рассусоливаний, как философы любят, а весёлый, с участием этих самых полосатых хищников. Такой, чтобы к тиграм у народа отношение поменялось, чтоб народ к ним подобрел, чтоб после просмотра рука у браконьера на тигра не поднялась, а если что, то такому б горе-охотнику жена дома яйца за тигра отчекрыжила! Вот какой фильм нужен! Что скажете?
— Правильные мысли предлагаете, крутую комедию надо забацать! — поддержал руководителя партии Мжаванадзе. — Комедий у нас недостает, а смех, сами понимаете, как воздух человеку, даже больше воздуха! Может, про цирк кино сделать, как цирк в другой город поехал, а звери разбежались, потому что клетку плохо закрыли?
— Идея хорошая, — поддержал грузина Леонид Ильич. — Может, на пароходе, в открытом море тигров перевозят, и они сбегают…
— А вместо дрессировщика совсем не дрессировщик окажется? — перебил Брежнева Аджубей. — Настоящий дрессировщик, к примеру, заболел и не поплыл. Как такой поворот?
— А кто ж вместо дрессировщика? — поинтересовался Малиновский.
— Повар! — неожиданно выпалил Хрущёв.
Все покатились со смеху!
— Ладно, пусть режиссеры идею додумывают, а фильм такой обязательно снимем! — заключил Никита Сергеевич. — Киношники половчее нас будут!
Космос манил, космос притягивал. Первая ракета со спутником была советской, и советский спутник № 2 рассекал пространство над головой, но и американцы в небо свои аппараты подняли. Когда же к звёздам отправилась собака Лайка, во всём мире возликовали! Только Лайка не вернулась, так и сгинула в космосе. Теперь настало время возвращать космических путешественников назад, не губить их заживо. В КБ Королёва усиленно занимались возвратом космического аппарата на Землю, но и Соединенные Штаты наращивали темп. Шелепинское ведомство сообщало, что Вернер фон Браун рапортовал о готовности запуска ракеты с возможностью возвращения отделяемого модуля. В США вместо собак проводили эксперименты с обезьянами, но в отличие от собак, обезьяны были более эмоциональны, а значит, более восприимчивы к стрессам, более нервные, что ли. Чтобы поднять обезьяну в космос и чтобы не случилось с ней во время взлёта нервного припадка, животное усыпляли, а применение наркоза грозило опасностью: бывали случаи, когда шимпанзе не просыпалось. Собаки оказались менее восприимчивы. Будущие герои космоса являлись откровенными дворнягами, многих подобрали на улице, именно улица взращивала живучих смекалистых особей, наиболее пригодных к экстремальным условиям. К условиям колоссальных перегрузок, к неимоверному грохоту, тряске, немыслимой температуре уличные псы адаптировались быстрее, следовательно, для полетов подходили лучше своих породистых собратьев или стоящих на более высокой ступеньки развития обезьян.
— Задача стоит такая, — собрав совещание в подмосковных Подлипках, говорил Брежнев, — вернуть собаку на Землю!
— В таком деле следует до мелочей детали продумать, а то опозоримся! — высказался маршал Неделин.
— Сергей Павлович, каковы перспективы?
— Работаем, — коротко отвечал Королев.
— Важность дела состоит в том, что надо произвести запуск с возвратом раньше американцев! — подчеркнул Брежнев. — Сейчас мы в космосе на такую прямую вышли, что упустить первенство никак нельзя. Оступимся — и всё победы махом перечеркнём, а мы Никиту Сергеевича подвести не можем!
— Сергей Павлович, ты как хочешь, но успех должен гарантировать! — глядя на главного конструктора, проговорил министр оборонной промышленности Устинов.
— Старт необходимо произвести в самое ближайшее время! — уточнил Леонид Ильич.
— Мне понадобится ещё две недели, хотя бы две, — высказался Сергей Павлович.
— Тут вот дело какое, — снова заговорил Устинов. — Имена у собак дурные.
— Что значит дурные? — удивился Брежнев и уставился на главного конструктора.
