Цвет мести полностью

– Ну и свита у тебя, Принц! – крикнул самый рослый из банды. – Девчонка, недозрелый пацан да маскированный.

Остальные засмеялись, уверенные, что перед ними легкая добыча. А как иначе? На их месте Ниям бы тоже так считал. Те же мысли отразились на лице Баптисты. Но Йехан казался невозмутимым. Наверное, он слишком молод, чтобы осознать свою смертность?

Йехан сделал шаг к банде так быстро, что Ниям не успел его удержать. Лезвие его меча запело, когда он очертил им круг в воздухе. От этого чистого звука солдаты замерли.

– Мечи можно ковать по-разному, вы не знали? – крикнул им Йехан. – Для этого меча я бросил в расплавленное железо горсть земли с могилы. С могилы человека, погибшего от рук таких, как вы. На кладбище Омбры много этих могил. Земля пропиталась слезами их детей и жен. Эти слезы добавляют в железо ярости. И остается только… – Йехан провел ладонью по плоскости лезвия, – …сказать ему между ударами молота: защити меня от тех, кто хочет зла.

Он направил острие меча на разбойников.

Уверенности у них сразу поубавилось. Но как-никак они были профессиональные солдаты. Пусть слова Йехана и пение его меча насторожили их, они все еще были уверены, что справятся с любым противником.

Воспользуйся своим старым мечом, Ниям. Его пальцы сомкнулись на рукояти. Ниям сам себе показался дураком, когда двинулся со столь легким мечом на солдат. Но вот он отбил удар первого.

Защити меня от тех, кто хочет зла.

Весь боевой опыт, накопленный их противниками на полях сражений в интересах какого-нибудь князя, не мог сравниться с тем, на что было способно оружие Йехана. Нападающие, что всегда воевали только за деньги, терпели поражение, и даже Баптиста, ненавидевший битвы, с новым мечом стал опасным противником. Йехана меч защищал так же верно, как некогда выкованная им золотая рука служила Бальбулусу. Но что же Лилия? Всякий раз, когда Ниям с тревогой оглядывался на девушку, он видел лишь, как солдаты отступали перед ней, протирая себе глаза.

Битва была недолгой. На ночной дороге остались лежать три убитых солдата – остальные бежали. Ниям опустился на обочину дороги рядом с Баптистой, тяжело дыша и вытирая кровь с лезвия.

Йехан подошел к Лилии, неподвижно стоящей над тремя убитыми, и обнял ее. Баптиста оторвал от рубашки одного из трупов полоску ткани и перевязал себе порез на предплечье.

– Мальчишка, стало быть, беседует с железом накоротке, как его отчим с огнем, – пробормотал он. – А девушка? У нее вообще ни царапины. Проклятье. Нет, я правда терпеть не могу колдовства, но она меня прямо-таки развеселила.

Баптиста высказал вслух то, что Ниям думал. Он видел перед собой серую фигуру Мортимера и слышал голос Сажерука: Орфей их вчитал куда-то. Они могут быть всюду, здесь или в другом мире. Колдовство. Для него это слово всегда обозначало то, чего он не понимал. Сажерук совсем не хотел, чтобы таким словом обозначали то, что он делал с огнем. «Ты не понимаешь! – покрикивал он на Нияма, когда тот поначалу называл это колдовством. – Это все уже есть, надо его только пробудить. Это связано с любовью, со страстью, с преданностью, терпением и любопытством. С волей стать заодно с тем, что ты любишь».

Ниям сунул меч в ножны. Надо его только пробудить. Он бы с удовольствием спросил у Лилии, что такое она пробудила, чтобы и без меча защитить себя от чужих атак. Но он видел по ней, как она потрясена битвой и насилием, и решил спросить об этом после, когда ночь останется позади.

Они оттащили убитых под деревья. А когда вернулись к своим лошадям, на их седлах ждали воздушные змеи. Они сопровождали их до места на немощеной дороге, где была сажа и отпечатки копыт двух лошадей. Один след принадлежал коню Сажерука. Этого-то Ниям и боялся. Значит, кто-то подстерег Сажерука. Он стоял, чутко вслушиваясь в ночь. Неужели Сажерук добровольно ускакал со своим новым провожатым? В этом Ниям сомневался. Засада наемных солдат не была случайностью. Надо было у них спросить, кто их подослал.

Проклятье!

С дерева слетела сова. Йехан недоверчиво глянул на нее вверх и что-то шепнул Лилии.

– Циветта? – вопросительно крикнула она вслед сове.

Ни она, ни Йехан не удивились, когда сова ответила женским голосом:

– Мы следуем за вами уже довольно давно.

Мы.

Ниям огляделся. На дороге стояла лисица. Она ответила на его взгляд.

– Как давно? – Лилия наморщила лоб. – Тогда, значит, вы видели солдат и не помогли нам?

Лиса обернулась женщиной – так, будто это было самое простое действие в мире – превратить шкуру в кожу.

– Но вы же не нуждались в помощи, разве не так?

Йехан окинул ее настороженным взглядом.

– Это две из лесных женщин, – шепнул он Нияму.

– А почему вы здесь? – спросила Лилия. – Вас послала сюда Роспо? Я не забыла ее предостережение, и я передала его Принцу.

– Она передала, – подтвердил Ниям. – Мы едем вслед за нашим другом и очень надеемся, что сможем держаться подальше от того, в чем вы предостерегали Лилию.