Помпезную цепь и столовые приборы господина Миниатюриста Ринальди легко и выгодно продал. Но вот проклятая искусственная рука – добыча, которую он считал многообещающей, вызвала у единственного ювелира по золоту, какого он нашел в Грюнико, лишь отвращение. Ювелиров по серебру было гораздо больше, и они хотя бы удивленно рассматривали пальцы совершенной формы и тыльную сторону ладони, так правдоподобно пронизанные жилками. Но как только Ринальди спрашивал, сколько они готовы заплатить, те лишь весело мотали головой и объясняли, что покупателя для такого странного творения им не найти.
Ринальди раздраженно закинул на плечо заплечный мешок с золотой рукой Великого Бальбулуса и огляделся в поисках таверны. Судя по всему, придется ему переплавить проклятую штуковину, но он опасался, что слой золота окажется недостаточно толстый. Ринальди ругался так громко, что поймал на себе несколько возмущенных взглядов. И зачем только он постоянно сюда возвращается? Давно уже пора повернуться спиной к своему родному городу. Пока что дела с финансами обстояли у него как обычно, но если он действительно лишился такого клиента, как Орфей, картина очень скоро изменится. И становилось все труднее найти тех, кто в приличном обществе Грюнико нуждался в услугах вора, вымогателя или убийцы. Основные деньги, конечно, водились у князей, но те, к сожалению, предпочитали наемников на постоянной службе.
Ринальди едва увильнул от уличного уборщика, тянувшего по мостовой тележку с лошадиным навозом, и чуть не столкнулся с мужчиной, который скрывал лицо под кожаной маской. Не доводилось ли им встречаться? Да конечно! В Омбре, в лагере комедиантов, рядом с Черным Принцем. О нет.
Проклятье! Все его усилия избавиться от короля оборванцев явно оказались тщетны. Не помогли ни честные граждане Омбры, ни наемные вояки. Того и гляди этот благородный Принц разведает, кто, словно кролика, изловил Сажерука и привел в Грюнико на убой. А вдруг они попытаются его освободить?
Ринальди надвинул на лоб капюшон и проследил за незваными гостями. Кажется, они были озабочены добычей дров и провианта. Дом, в который они вошли, находился в квартале чужеземцев. Принц в последний раз зорко огляделся, прежде чем войти внутрь, но Ринальди успел скрыться в какой-то нише. Есть ли у короля комедиантов союзники в Грюнико? Какие-нибудь старинные товарищи по борьбе, например? Но этот дом не выглядел обжитым.
Ринальди содрогнулся.
А что, если предупредить Орфея и таким образом, может быть, переломить его дурной настрой? Знает ли уже Принц, где теперь живет его враг?
Юноша не скрылся в доме вместе со всеми. Он направился в сторону площади, на которой теперь поселился Орфей. Зачем он туда идет?
Нужно поспешить принять решение.
Да, Орфей, несомненно, достиг благосостояния. Йехан задрал голову, разглядывая громоздкий импозантный фасад; даже ранний утренний свет не смог придать его виду приветливости. Точный адрес они смогли выведать у торговца вином, но даже дружелюбие Баптисты не помогло узнать, почему само упоминание имени Орфея вызывает у всех такое отторжение.
У Йехана не было воспоминаний, связанных с человеком, отнявшим его родных, но он слишком хорошо помнил ужас на лице Брианны в момент исчезновения.
Легко было убедить остальных, что никто не сможет провести разведку дома лучше, чем он. Во времена, когда Орфей творил бесчинства в Омбре, Йехан был еще мальчиком, и даже если их враг и помнит, что у Роксаны был сын, в лицо он его не узнает. Кроме того, у Йехана был хороший повод быть представленным сеньору Гемелли, как теперь называл себя Орфей. Поднимаясь по ступеням к двери, Йехан осматривал серебряную отделку, украшающую портал. Работа была так себе, что весьма кстати.
