– Мое имя Йехан Белануа, – сказал он, как только перед ним раскрылось смотровое оконце в серебряной букве «О». – Я пришел, чтобы предложить твоему господину свои услуги в качестве кузнеца-ювелира.
Глаз, который недоверчиво озирал его, был бледно-голубой.
– У нас уже есть кузнец.
– Да, но он халтурщик. Если его замки так же плохи, как его серебряная облицовка, то любой взломщик в городе без труда вас навестит. Весьма опасно для человека его положения.
Глаз все еще разглядывал его. Хорошо.
Йехан указал на ручку двери:
– Это очень плохо выковано, ты же видишь. Если бы я делал эту ручку, я бы оформил ее в виде львиной головы. И если бы кто-то попытался привести ее в действие без приглашения, этот лев кусал бы его за руку.
– Да ни за что! – донеслось из-за двери. – Где ты мог этому научиться? Хочешь меня надурить.
Йехан пожал плечами:
– Ну, как хочешь. Мое время дорого. – Он бросил последний презрительный взгляд на портал и повернулся уходить. – Кстати, ваш сосед слева, – сказал он через плечо, – поручил мне сделать облицовку и ручку двери входного портала. Из золота. Это моя специальность. Как только я управлюсь с заказом, твой господин будет очень недоволен своим собственным порталом.
Он сошел, как и надеялся, всего на две ступени.
– Вернись! – Стражник, стоявший в дверях, был почти на голову выше Йехана, но, кажется, всего на пару лет старше. Меч, который он носил, был неплох, но не мог сравниться с творениями Йехана, – разве что стражник владел оружием лучше Черного Принца. Они все исходили из того, что освободить Сажерука без боя им не удастся.
– Чего ты еще ждешь? Входи. – Стражник с нетерпеливым жестом пропустил его мимо себя.
Йехан незаметно глянул на дверной запор, оставляя портал позади себя. Три задвижки и два замка. Даже для него было невозможным делом открыть эту дверь снаружи, не подняв тревогу.
Во дворе дома рабочие и поставщики теснились вокруг человека, явно недовольного их услугами. Двоеглазый… Старая кличка Орфея выдавала его. Йехан не знал больше никого, кроме Виоланты, кто носил бы стекла на глазах. У Орфея они были оправлены в серебро. Двор, по которому эхом разносились его нетерпеливые указания, был раз в десять больше двора того дома, в котором нашла приют их команда.
– Что это значит, Граппа? – накинулся Орфей на стражника, когда тот подвел к нему Йехана. – Разве я не ясно сказал тебе: посетителей сегодня не впускать?
Голос, исходящий из сердито перекошенного рта, был поистине примечательный. Йехан когда-то слышал один такой же красивый голос: Перепела, как он продолжал втайне называть Мортимера.
Граппу, похоже, совсем не испугал гнев его господина. Он сохранял невозмутимость, как будто с детства привык к подобным взрывам ярости.
– Это не посетитель, это кузнец, господин, – ответил стражник. – Он уверяет, что может сделать дверную ручку, которая будет кусать непрошеных гостей. Это же практично, вы не думаете? Ваш сосед уже сделал ему заказ, вот я и подумал, не лучше ли будет привести его к вам.
Жгучее честолюбие и страх потерять первенство в глазах окружающих. Йехан надеялся, что поставил на верную карту. Все, что он видел вокруг, говорило о страстном желании хозяина дома превзойти других.
Орфей наморщил лоб:
– Ты и впрямь такой мастер или просто наглец, желающий отнять у меня время своим хвастовством?
Йехан пожал плечами:
– Ручку двери вашего соседа я выкую в форме единорога. Он будет разить рогом любую руку, какая непрошено приблизится к двери.
Йехан как-то видел единорога, которого Орфей добыл для Зяблика на охоте. И потом много дней не мог забыть окровавленное тело этого красивого животного.
Глаза за стеклами в серебряной оправе сузились:
– Ты имеешь в виду колдовство?
Йехан помотал головой:
– Я кузнец, не более того. Но очень хороший.
Он огляделся, будто инспектируя все, что сделано из металла, и счел все, что нашел, более чем посредственным. Орфей не спускал с него глаз. По всему было видно, что он на самом деле понятия не имел о том, что такое действительно «свой дом». Тот дом, в котором вырос Йехан, поместился бы в прихожей Орфея, но то был чудесный «свой дом». Теперь он опустел – по воле этого человека.
– Ты много на себя берешь, но я ценю это качество. – Орфей удостоил его признательным кивком. – Замки и запоры у меня в подвале старые. Покажи там, что ты умеешь, и я доверю тебе ручку моего входного портала. Но заплачу я тебе, только если мне понравится работа. Может, ты просто наглец, молодой хвастун, услышавший краем уха, что Орфей вознамерился стать самым богатым и могущественным человеком в Грюнико.
Йехан сунул руку в карман:
– Я прихватил для вас образец моего умения.
Тонкая лента, которую он протянул Орфею, была сплетена из золотых нитей:
– Протяните ее между пальцами.
Орфей усмехнулся, но сделал это. Золотая лента обвилась вокруг его пальца и замкнулась в кольцо, сформировав в середине голову льва.
Орфей поднял руку и зачарованно смотрел на свой палец.
– Царь всех зверей. Ты пытаешься ко мне подольститься?
Йехан помотал головой, когда Орфей стал стягивать кольцо с пальца:
