Лилия все еще не получила никаких известий от Вольпе и Циветты. Другие, может, были и рады этому, но Лилия тосковала по женщинам, с которыми провела половину жизни. Сердце ее чуть не выскочило из груди, когда она ступила во двор и увидела Циветту, сидящую в дупле смоковницы. Сова слетела к ней и опустилась на край колодца, хотя ей и не нравилось ощущать гладкие кафельные плитки под когтями.
– Наконец-то! А я думала, вы ушли. – Лилия погладила Циветту по ее пестрым перьям. – Признаюсь, другие здесь не особо-то будут вам рады.
– К этому тебе следует привыкнуть, если ты хочешь остаться одной из нас. – Послышался шорох, когда сова принялась чистить себе перышки клювом. Этот шорох сразу вернул ощущение леса. Лилии нравился этот дом, приютивший их, но она тосковала по голосам, которых среди каменных стен не услышишь. Мир играл там другую музыку, и создавали ее не люди.
– Итак, что ты видела? – спросила она сову. – Твоими острыми желтыми глазами.
– Слугу, который ненавидит своего господина. Молодого стражника, слишком много знающего о мертвых, и множество мужчин, которые проклинают Орфея. Но все они его боятся. – Голос Циветты был бархатистым и теплым. Весь ее облик был обманчиво мягок. По нему нельзя было определить, насколько острые у совы когти и мощный клюв.
Она подняла голову и прислушалась. Лилия обернулась и заметила лису. Вольпе так бесшумно подкралась к ним из-за куста, растущего перед домом, что Лилия который раз посочувствовала зверушкам, которые рискуют стать ее добычей. Она уже давно хотела спросить лисицу, как та получила свою меховую шкуру. Но в Вольпе ощущалось нечто неприступное – как в лисьем, так и человечьем облике, – потому она не рискнула начать разговор. И на сей раз во время превращения ее лицо осталось непроницаемо. Лишь когда Лилия рассказала о сделке с Ринальди, Вольпе на мгновение позволила себе возмутиться.
– Неужто Принц потерял рассудок? С такими людьми не заключают сделки. Я уверена, он убил не только миниатюриста, но и камеристку Виоланты.
– Он беспокоится за Сажерука. – Лилия попыталась защитить Принца. – Они рискнут освободить его сегодня ночью. Я понимаю, что он не хочет ждать дольше. Я бы хотела предложить ему помощь. На тот случай, если Орфей попытается ускользнуть с книгой. Сможете ли вы постеречь вход? Вы сделаете это?
– Чтобы Орфей не получил помощь у Читающей Тени? – Вольпе переглянулась с Циветтой. – Конечно. Вы-то сами будете слишком заняты. Хотя… – Вольпе посмотрела на Лилию: – Неужели и ты прокрадешься в дом вместе с Принцем, Йеханом и Баптистой?
Лилия помотала головой:
– Мы с Баптистой попытаемся отвлечь Орфея и его стражника. Может, нам удастся устроить так, что Йехан и Принц останутся незамеченными, пока Сажерук не выйдет на свободу.
Вольпе и Лилия оглянулись на окно, девушке показалось, что она увидела в нем силуэт Нияма. Он давал ей нечто такое, чего она лишилась со смертью матери. Чувство защищенности. Временами это ее пугало. Трудно было учиться обходиться совсем одной, и Лилия боялась слабости, к которой приводило ощущение чужой опеки.
– А что, ты думаешь, будет делать этот благородный герой, если сможет сегодня ночью освободить Сажерука? Успокоится и поскачет назад в Омбру или попытается прикончить Читающую Тени?
Лилия ошеломленно посмотрела на Вольпе.
– Роспо предостерегала его от этого со всей определенностью. Вы сами там были. Никто из нас не может помериться с ней силой.
Вольпе покачала головой.
– Это мнение Роспо. А как быть с остальными? Со всеми вашими друзьями в книге? Когда-нибудь Серое их окончательно сожрет. Об этом Роспо не упомянула, нет?
Нет, не упомянула. Лилия содрогнулась. Она вспомнила о том, как Роксана убаюкивала ее пением, когда ей, маленькой и потерянной, хотелось только одного – умереть. И какое это было счастье – найти в Брианне сестру, а в Йехане брата.
– Мы их спасем. Мы найдем способ! – сказала она. – Но я верю Роспо, она меня никогда не обманывала. Мы должны спасти Сажерука и забрать книгу, пока Орфей ее не испортил, иначе мы потеряем всех, ведь так?
Вольпе молчала.
– Да, – сказала она наконец. – Люди так быстро пропадают. И никакое колдовство не вернет их назад.
И она снова посмотрела на Лилию нечитаемым взглядом.
Затем она преобразилась, да так быстро, словно лисица никуда и не исчезала.
– Я вернусь еще до того, как вы встретите Ринальди. Передай это Принцу, – сказала она. И ускользнула прочь.
