Цвет мести полностью

Лилия разглядывала Вольпе так, будто впервые видела ее в истинном облике. Не как лису, не как лесную женщину. А как чужую.

– Тогда почему ты еще здесь, если ищешь свою дочь? Почему просто не проследила за Орфеем до конца? Он бы точно привел тебя к Читающей Тени. – Голос Лилии звучал все еще враждебно, но Ниям видел, что она питает сострадание к Вольпе. Как и он сам.

– Я не могу пойти к ней просто так. Раббия не так глупа, чтобы подпускать к себе близко одну из нас. Разве что я принесу ей то, чего она хочет настолько, что готова забыть про осторожность. – Вольпе поискала взглядом Нияма. – Мия никогда не хотела мне верить: Читающие Тени боятся темноты, по которой странствуют. Они знают, что однажды она их поглотит. Поэтому они похищают свет у других, у тех девушек, которых Раббия требует себе в качестве платы. На пару недель ей хватает чужого света, а потом…

– Ни слова больше! – Йехан загородил собой Лилию. – Ты хочешь, чтобы она пошла с тобой к Читающей Тени в качестве приманки? Ты совсем потеряла рассудок!

Вольпе ошеломленно посмотрела на него:

– Да не она, дурень! – И указала на Нияма: – Он, конечно.

Сажерук и Баптиста очутились рядом с ним еще до того, как Ниям действительно понял, что сказала Вольпе.

– Черный Принц. – Вольпе прошептала его имя как заклинание. – Защитник всех немощных и голодных. Признаться, я считала все это лишь фасадом, но он действительно оказался таким, каким его описывает молва. Бескорыстный. Сострадающий. Лишенный страсти к убийству, которая охватывает многих героев, или жажды власти. Свет тысяч в одном человеке. Потому за ним идут, потому за него умирают. Раббия это увидит, как только он переступит ее порог. Его свет ослепит Читающую Тени, и я смогу ее убить, чтобы забрать с собой мою дочь.

– Давай-ка уходи отсюда, лиса! – Баптиста шагнул к ней и грубо схватил за локоть. – Пока я не забыл, что питаю отвращение к убийству. А ты и сова – лучше принесите нам книгу. И приведите Орфея!

Но Вольпе была сильна. Она вырвалась. Помоги мне, – молили Нияма ее глаза. – Вы бы ускакали домой, как только получили бы книгу. Да, так он и намеревался поступить. Предостережение, которое Лилия принесла из леса, было четким. Но разве он, если быть честным, не предполагал, что в Грюнико надо будет одолеть не только Орфея? С тех пор как Йехан и Лилия рассказали ему о Читающей Тени?

Сажерук наблюдал за ним. Он знал, что творится в его голове. Огненный Танцор уже не раз предостерегал его от многих глупостей. Это было чудо, что Черный Принц все эти годы выживал без него. Нет! – предостерегали глаза Сажерука. – Не в этот раз, Ниям.

Баптиста все еще стоял рядом с Вольпе, готовый вышвырнуть ее из дома.

– Отпусти ее, Баптиста, – сказал Ниям. – Она права. Я пойду с ней.

Баптиста взглянул на него так же растерянно, как и Йехан и Лилия. Только Сажерук не был удивлен. Свет тысяч. О да, – говорил его взгляд. – Но ты знаешь все о Тенях и никогда не перестанешь бороться с ними.

Он пошатнулся, и Ниям подхватил его и довел до лежака у камина. Он пойдет с Вольпе – ради Сажерука, Мортимера и остальных. Но не только ради них. Источник, из которого в мир сочится отчаяние и боль. Он пойдет и ради тех девушек, которыми Орфей расплачивался с Читающей Тени, и ради дочери Вольпе. Может быть, сказки его матери слишком часто рассказывали о героях, которые боролись за свет против тьмы. И ничего, что к тому времени он уже знал, как редко эти герои становились победителями.

Баптиста стянул маску с лица. Маску Перепела. Еще одного благородного разбойника, который подвергал себя опасности ради других. Ниям задумался, взял бы он с собой Мортимера к Читающей Тени.

– Не верь ей!

– Баптиста прав. – Йехан смотрел на лису так же враждебно, как и Баптиста.

Только Лилия ничего не сказала. Нияма растрогало то, как хорошо она успела его понять. Лилия знала, что он решился.

– Ты останешься с Йеханом при Сажеруке, – сказал он Баптисте. – На тот случай, если Орфей вернется от Читающей Тени раньше нас. Кто знает, какую защиту она ему предложит, а Сажерук еще слишком слаб, чтобы постоять за себя.

То, что Сажерук почти не возражал против такого решения, доказывало, насколько плохо он себя чувствовал. Баптисте и Йехану решение Нияма не пришлось по нраву, но они приняли его. Правильно ли он поступает? Ниям не был в этом уверен. Но он не знал другого пути.

– Я тоже пойду, – сказала Лилия в полной тишине.

На сей раз громче других протестовал Йехан, пока огненная куница не прыгнула Лилии на плечо, будто желая выразить свое одобрение.

Лилия улыбнулась Нияму.