Осы пришли на помощь своей королеве. Они тысячами влетали сквозь леток, но пламя Сажерука сжигало их. Раббия кричала от ярости, а из сот выползали тени. Они наползали как дым на огненный круг, защищавший Нияма и Лилию, но красное и золотое их не подпускало. Это придало Нияму мужества. И возродило надежду.
– Тот посетитель, который приходил к тебе до нас… – Пламя Сажерука окружало их как согревающий покров, – …Ты помогла ему сделать книгу, в которую были пойманы все наши друзья. Скажи, как их освободить, и я останусь при тебе.
Лилия с ужасом посмотрела на него.
– Нет! – шепнула она. – Ни за что! Прошу тебя.
Но Раббия засмеялась.
– О, ты останешься при мне, Принц света, – проворковала она, – хочешь ты того или нет, а что касается картинок… Орфей тоже спрашивал у меня об этом. Никто не может освободить тех, кто показан на этих картинках. Мое серое всех их задушило, в первую очередь их воспоминания, а в заключение все, чем они были. Даже сами картинки поблекнут, и скоро уже нельзя будет различить, кто там изображен. Орфей был весьма доволен моим ответом. Но с тобой все по-другому.
Мортимер, Мегги, Реза с Данте на руках… Пламя начало мерцать. С каждым лицом, которое припоминал Ниям, защитный круг горел все слабее, но его сердце продолжало нашептывать их имена: Роксана, Брианна, Элинор, Фарид, Дариус, Фенолио.
– Смотри на меня! – Лилия охватила его лицо ладонями. – Забудь, что она заставляет тебя видеть!
Но тут перед ним возникло лицо Сажерука, и оно снова было серым, как в подземелье Орфея. Раббия подступила к пламени так близко, что оно окрасило ее волосы в рыжий цвет.
– Нет ничего сильнее моего серого, Принц света. – Ее улыбка была из острого стекла. – Тебе их не спасти, как и твою сестру. Я жажду момента, когда заберу твой свет, а эту девушку сделаю своей ученицей. И ждать осталось недолго. Мое серое скоро умертвит твоего огненного друга, и что тогда защитит вас от меня?
Разумеется, Циветта сразу почувствовала смерть Вольпе.
Осы, которых не спалил огонь, напали на нее с разъяренным гудением, когда сова проскользнула во входную щель. Они обволакивали ее как облако дыма, пока она кружила над безжизненным телом Вольпе. Сова кричала жалобно и громко, словно надеясь своим голосом разбудить лисицу.
Раббия растерянно взглянула вверх, на Циветту. Еще одна посетительница. Что это за день такой? Она лишь на мгновение отвлеклась, но Лилия увидела свой шанс.
Пламя не тронуло ее, когда она прыгнула сквозь огонь. Наоборот, Лилии показалось, что огонь придал ей сил, будто Йехан велел ему поступить так. Принц глянул на девушку с ужасом. Лилия испугалась, как бы он за ней не последовал. Но огонь снова помог. Он вспыхнул ярче и поднялся выше, попытка Нияма его перепрыгнуть оказалась тщетной, и ему осталось лишь беспомощно замереть внутри защитного кольца.
Осы окружили Лилию роем. Она призвала аромат цветов и листьев в свои пальцы и силу корней в свои ступни. Зеленое колдовство. Как бы презрительно Вольпе это ни называла. Это было единственное колдовство, которое росло, пускало корни и имело вкус солнечного света. Осы зашатались на лету, оглушенные ароматом, и Раббия в тревоге зажала себе рот и нос, как и ее ученица.
Циветта воспользовалась слабостью Раббии и напала на нее сверху, но все ее совиное колдовство отскакивало от Читающей Тени, не причиняя ей никакого вреда.
Раббия сделала шаг к Лилии, и тут даже огонь больше не мог удержать Принца. Лилия видела, как он прыгнул, хотя его обожгло и подпалило одежду. Он выхватил нож, который прятал в ножнах под рубашкой. Вольпе и Лилия уверяли его, что против Раббии это ему не поможет. Она убьет его. Лилия чувствовала, как от отчаяния ей отказывает рассудок. Это все ее вина. Она доверяла Вольпе. Бедная Вольпе. Лилия взглянула на безжизненное тело, но времени на горе у нее не было, иначе им отсюда не выбраться.
Где же они?.. Такие колючие, такие полные жизни… Лилия сунула руку в карман своего платья в поиске семян. Но вдруг ощутила стальную хватку на своей шее.
– Ей не нужна никакая другая ученица! Она не найдет никого лучше меня.
Лилия хватала ртом воздух. Джованна сжимала пальцы крепче, и Лилия чувствовала, что это доставляет ей удовольствие. Но чему бы ни научила Раббия свою ученицу, она, к счастью, ничего не знала о тайнах, которые Лилия подслушала у тех, что умели расти и пускать корни. Лилия посеяла между пальцев Джованны крапиву и приманила ежевику, которые словно птичку поймали ученицу Раббии своими колючими побегами. Джованне не помогли ни крики, ни проклятия.
