- Уважаемые пассажиры, переведите пожалуйста спинки кресел в вертикальное положение, и пристегните ремни. Самолет идет на посадку. - Безликий, и какой-то бесконечно уставший голос бортпроводницы вызывал только одно желание - широко зевнуть. Не скрываясь, издевательски так, ответом на весь этот сонно-вымученный полет. Но Вика сдержалась, понимая, что это, в общем-то не совсем уместный порыв. Но чем ближе становилась конечная точка назначения, тем неспокойнее было у девушки на душе. Заправив за ухо темно-каштановый, почти черный, локон,выбившийся из короткого хвостика, она выполнила требуемые процедуры, уже предвкушая, как обнимет сестренку. И сколько всего им нужно обсудить, сколько еще рассказать друг другу, ведь они так давно не виделись. Но где-то по краю все равно заскреблось нехорошее такое предчувствие, и она никак не могла объяснить себе самой, что же такое происходит. Хотя, вывод напрашивался только один, и был самым логичным, как ни крути - что-то случилось с Ланой. Не смотря на разделяющее их расстояние, связь между сестрами всегда была очень сильна. Они умудрялись чувствовать настроение и состояние друг друга даже находясь через полмира. Пусть не так остро и ярко, как могли бы, будь рядом. Но когда плакала одна, грустно становилось другой. Когда одна болела, второй тоже нездоровилось. И так абсолютно во всем. Кто-то назовет это мистикой, а кто-то только пожмет плечами и улыбнется - близняшки, что с них взять...
Москва встретила ее мелкой, противной моросью, забирающейся за шиворот короткой джинсовой курточки, и неприятно оседающей на коже. И уже на выходе из здания аэропорта накатило так, что Виктория едва не потеряла сознание, пошатнувшись. И если бы не проходящий мимо мужчина, она бы неминуемо упала.
- Что с вами, девушка? Вам плохо? Давайте я позову дежурного врача. - Неожиданный спаситель, уже в летах, с проседью в некогда угольно-черных волосах, с неприкрытым беспокойством заглядывал в необычные, васильковые глаза. Вика в ответ только помотала головой, пытаясь восстановить сбившееся дыхание, и унять то и дело накатывающие слабые отголоски чужой боли. Что-то было не так. Что-то было ОЧЕНЬ не так. И от этого на душе становилось только хуже, вызывая безотчетное желание бросить все, и мчаться как можно быстрее туда, где сейчас находилась сестра.
- Нет-нет, спасибо, со мной все в порядке. Просто минутная слабость после длинного перелета. - Она немного вымучено улыбнулась, с благодарность опираясь на предложенную руку. - Но если и правда хотите мне помочь, помогите поймать такси. Я очень спешу.
- Зачем же такси? Давайте я вас подвезу, только скажите - куда. - Потратив несколько мгновений на взвешивание всех за и против, Вика кивнула, доставая из сумочки телефон. Адрес Ланы она знала, сестра сообщила ей на тот случай, если у них не получится ее встретить. Но что-то (не иначе та самая женская интуиция) подсказывало, что по месту проживания рыжика не окажется. Попросив доброго самаритянина подождать, девушка набрала знакомый номер, и вслушиваясь в длинные гудки по ту сторону, не заметила, как начала по привычке кусать губы. Наконец, где-то после двенадцатого гудка, трубку подняли, вот только раздавшийся голос принадлежал отнюдь не сестре. Начать хотя бы с того, что он был мужским. Очень приятным, стоит отметить, мужским голосом. И очень уставшим...
- Слушаю.
- Здравствуйте, а могу я поговорить с Ланой? - И сердце будто бы замерло, ожидая вердикта, растягивая минуты до бесконечности, заставляя нервно постукивать носком туфельки по асфальту подъездной дорожки.
- Простите, но она сейчас в больнице, и не сможет ответить. Ей что-то передать? - И вот оно, то самое чувство, когда сердце бухает куда-то в пятки, а по позвоночнику бегут неприятные мурашки от понимания - абзац, полный и окончательный.
- А что... Простите, с кем я разговариваю? - Она не могла не спросить.
- Меня зовут Дмитрий. Я - друг Ланы. - И даже вот так, не видя выражения лица этого парня, Викки почувствовала в его голосе нотки такого нешуточного беспокойства, что в душу невольно закрались подозрения по поводу истинных эмоций собеседника.
