Что до Шэнь Цяо, то поначалу он не собирался ввязываться в драку, ведь после каждого боя ему требовалось все больше и больше времени, дабы оправиться от внутренних повреждений. В конце концов его сердце Дао могло попросту разрушиться. Да и в его вмешательстве, как думалось, не было нужды: посольство сопровождал Янь Уши, и Шэнь Цяо о защите никто не просил. Но как только Юйвэнь Цин забрался к нему в повозку, таща за собой бесчувственную Юй Цзы, у Шэнь Цяо не осталось выбора.
Им грозит смертельная опасность, враг гонится за ними по пятам, еще немного – и настигнет… Как же тут отвернуться?
Между тем Сяо Сэ совсем не ожидал, что встретит отпор, поскольку хорошо знал Янь Уши и его привычку полагаться только на себя и не брать помощников. И как же он неприятно удивился, когда навстречу ему из повозки вышел второй боец, чью мощь нельзя было недооценивать. Очень кстати Сяо Сэ припомнились свежие слухи из цзянху. Сопоставив описание с обликом человека перед ним, он тотчас догадался, с кем имеет дело. – Настоятель Шэнь, вам не кажется, что драться за честолюбие Янь Уши – это попросту унизительно? Слыханное ли дело! Глава выдающейся даосской обители вдруг стал бегать по поручениям Демонического Владыки! – сказав так, Сяо Сэ холодно рассмеялся.
Выставив ладонь, он стал посылать волны истинной ци, и каждая была одна другой сильнее. Они стремительно накатывали на Шэнь Цяо прибоем, не давая тому ни мгновения передохнуть. Вместе с тем над даосом так и порхал веер, начиненный лезвиями, подчиняясь малейшему движению воли Сяо Сэ. Это оружие не только защищало хозяина, закрывая любые бреши в его заслоне из ци, но и беспрестанно выискивало уязвимости противника. Можно сказать, на защитника повозки навалились сразу с двух сторон.
Сам Шэнь Цяо не желал затягивать бой, потому и вооружился не бамбуковой тростью, а сразу вынул из ножен Шаньхэ Тунбэй – Скорбь гор и рек. Лезвие меча засияло и стало испускать волны немыслимого света. Те, накладываясь друг на друга, вскоре образовали занавесь, что расползлась всюду, скрывая само небо. Эти волны не просто защищали Шэнь Цяо от острых лезвий веера, но и укрывали его от порывов вражеской ци, исходящей из ладони Сяо Сэ. Выгадав момент, тот попытался разрушить световой полог, найти в нем хоть какую-то брешь, однако завеса света оставалась безупречной.
Более того, Шэнь Цяо сумел обратить атаки Сяо Сэ против него самого: порывы ветра, поднятого враждебной ци, отразились от полога и, обрушившись на адепта Обоюдной Радости, едва не задушили его. Тут же все заслоны, которые так старательно выстраивал Сяо Сэ, рухнули, невидимая сила ударила его в грудь, и тот, не сдержавшись, исторг из себя много крови.
А ведь поговаривали, будто Шэнь Цяо получил тяжкие раны и растерял все свое боевое искусство!
В душе Сяо Сэ смешались страх и ярость. Он понимал: ему не сдобровать, если бой продолжится, да и четверо старейшин не задержат Янь Уши надолго. Когда он вырвется из окружения, никому из них не поздоровится.
Опасаясь за свою участь, Сяо Сэ мельком глянул на дерево, но Бай Жун уже и след простыл. От досады он скрипнул зубами и неохотно проговорил:
– Настоятель Шэнь, вижу, ваша слава возникла не на пустом месте. Сей ничтожный Сяо придет за вашими наставлениями как-нибудь в другой раз!
Едва закончив, он послал истинную ци в то место в заслоне противника, где загодя углядел нечто похожее на брешь. Пока Шэнь Цяо поднимал меч, готовясь отразить атаку, Сяо Сэ ловко призвал веер и, не говоря ни слова четырем старейшинам Обоюдной Радости, скрылся в мгновение ока. Что ж, неудивительно: все адепты неправедных школ думают только о себе, а до других им и дела нет, что Сяо Сэ лишний раз подтвердил свои поступком.
Убедившись, что враг ушел, Юйвэнь Цин с опаской показался из-за спины Шэнь Цяо. Оправившись от испуга, посол робко произнес:
– Премного благодарен, молодой господин, что спасли нас… Позвольте же узнать ваше имя!
Шэнь Цяо вложил меч в ножны и без лишних уговоров сказал:
– Меня зовут Шэнь Цяо.
Услышав это имя, а также уловив его тусклый безжизненный взгляд, Юйвэнь Цин разом все понял:
– Значит, вы тот самый… тот самый молодой господин Шэнь!
После поединка в усадьбе Су имя Шэнь Цяо быстро разлетелось по всей Северной Чжоу. Однако вместе с ним неизменно поминали и Янь Уши, притом любой разговор о них обычно заканчивался двусмысленными ухмылочками. Пусть Юйвэнь Цин не принадлежал к вольницецзянху, но и до него доходили слухи, для чего эти двое путешествуют вместе.
